Вернувшись в Испанию в 1493 г., Колумб, не теряя времени, спланировал еще несколько путешествий на запад. Всего их было три. В 1493–1496 гг. он повел за собой большую флотилию из 17 кораблей: они вышли в Карибское море через Антильские острова, после чего побывали на Пуэрто-Рико и на Ямайке. В 1498–1500 гг. он отправился дальше на юг, остановился на острове Тринидад и ненадолго высадился в Южной Америке в районе современной Венесуэлы. В своем последнем путешествии в 1502–1504 гг. Колумб исследовал побережье Центральной Америки (современные Гондурас, Никарагуа и Коста-Рика). Он много лет провел в море и на чужбине, испытав на себе все тяготы и превратности капризного карибского климата и отвратительной политики поселенческого колониализма. За эти годы он не раз попадал в ужасные штормы и в мертвый штиль, подвергался нападениям разъяренных туземцев и страдал разнообразными болезнями. Во время третьего путешествия его обвинили в злоупотреблении полномочиями «вице-короля-адмирала и генерал-губернатора» новых земель, арестовали и бросили в тюрьму, а затем выслали обратно в Испанию в цепях – эта обида не давала ему покоя до конца его дней. Однако если Колумб считал, что с ним поступили дурно и несправедливо, он был далеко не единственным пострадавшим. Потому что его разведывательные экспедиции указали путь другим завоевателям и колонизаторам, которые принесли с собой неизбежные ужасы европейской экспансии в Новом Свете.

Неприятности начались на новых землях почти сразу – об этом красноречиво сообщала судьба первого гарнизона, оставленного Колумбом на Эспаньоле в 1493 г. Как только адмирал отбыл, его люди начали совершать набеги на местные племена, похищая золото и женщин, и ссориться между собой. Вскоре их всех перебил местный вождь по имени Каонаобо[1029]. Когда Колумб вернулся на Эспаньолу с второй экспедицией, он не стал сразу мстить за их смерть. Впрочем, и доброжелательным гостем он не был. Несмотря на то что ему дали ясный приказ не притеснять коренных жителей, Колумб занялся именно притеснением: он требовал дань золотом, угонял людей в рабство и строил крепости на их землях. Однажды он написал их католическим величествам, что выгоднее всего будет обратить все население новых земель в рабство и одновременно провести насильственное массовое крещение. Фердинанд и Изабелла крайне прохладно отнеслись к этому предложению, посчитав его неоправданно жестоким. Однако в долгосрочной перспективе это не имело значения. Грубый цинизм Колумба полностью соответствовал реалиям колонизации, одинаково неприглядным в любую историческую эпоху. Жестокость и бесчеловечность всегда шли рука об руку с имперской экспансией. Не было никаких причин, почему в Новом Свете могло случиться иначе.