– Да, да по твоему взгляду я вижу, что работаю я сейчас без оплаты, но я только примерялся, так что и сам бы ничего за это не попросил бы. – опережая мысли Хьюго, заверил его Вильям.

– Хорошо. – охладев после сильного волнения, Хьюго положил свои толстые, покрытые густой шерстью руки на невысокий отросток стола – рабочее место того, кто стоял за барной стойкой – и подозвал дочь, которая подошла к ним после того, как ей удалось отговориться от пристававших к ней с неутихаемыми разговорами мужчин.

– Анна, я закрою сегодня пораньше. И ты можешь быть свободна уже сейчас, но перед тем, как пойдёшь к Грейс, сходи вместе с Вильямом на рынок.

– У нас чего-то не хватает. – забеспокоилась девушка, пробежав глазами стоявшие за спинами мужчин полки со спиртным и посудой.

– Нет. Ты купишь ему одежду. – выставив перед собой руку, тем самым приостанавливая речь Анны, Хьюго продолжил. – За неё он отработает дополнительно – запомни сумму.

Хотя в ласковых словах отца это звучало как просьба, но всё-таки это был приказ, отданный начальником, и девушка не могла ему перечить.

Вильям, заинтересовавшись стоявшей за его спиной стеной более, чем участием в разговоре, повернулся к полкам, читая наименования, выцарапанные на глиняных бутылках.

– Ну всё, я закончил, пошли. – непринуждённо обратился он к Анне, которую нашёл стоявшей рядом с собой и занятую вытиранием собранных стаканов, в то время как Хьюго снова сел за свой стол.

– Закончу и пойдём.

– Нет, не говори со мной как с этими деревенщинами. Как ты вообще додумалась сравнить меня с ними? – вспылив на грубый тон девушки, возразил Вильям.

– Извините, достопочтенный сэр. – язвительно поддразнила Анна, вытирая последний стакан. – Могу ли я пригласить вас пройти со мной на рынок?

– Сэр? – задумался Вильям, не отвечая на вопрос. – Ведь меня ещё не разу не называли сэром. Сэр Вильям, как красиво звучит. Закончу здесь и подумаю, может быть, из этого что-нибудь получится.

– Эй, ты идёшь? – не решаясь прикоснуться к полуголому мужчине, крикнула рядом с ним Анна.

Вильям озарил девушку ещё не спустившейся с лица после радости о нахождении цели в существовании улыбкой и, забрав нож со стола, пошёл к выходу, Анна же, попрощавшись с отцом, побежала следом.

На улице было душно. Влажный воздух осаждал город и не давал скопившимся в нем запахам его покинуть. Смрад витал менее концентрированный, чем в пабе, но, когда Вильям и Анна вышли на более людную улицу, с ним смешался запах грязных людских тел. До этого же Вильям пытался разговорить девушку. Она сопротивлялась, а он продолжал приукрашивать её внешность, что не могло не отличать его от посетителей паба, пытавшихся привлечь её внимание более мерзкими словами. И Вильям не прогадал, уже подходя к рынку Анна поддерживала с ним разговор без стеснения. Они говорили о многом, но Вильяму, устроившего свои виды на девушку, интересовало только то, как ещё более превознести себя в её глазах и дознаться о том, какой сейчас год.