– Но почему…

– Я ни с кем не говорила. Но… если тебе было неприятно слушать…

– Хорошо, что ты рассказала. Если бы ты держала это в себе, то не смогла бы отпустить это.

– Спасибо, что выслушал. – наконец лицо Анны натянулось нежной улыбкой, и она открыла Вильяму всё ещё красное лицо и снова, но не на долго, обняла его.

Они прошли рынок, и шли уже в окружении всё больше пополнявшейся с соседних улиц толпы, и начали подниматься к срамящей улице, после которой перешли на площадь.

– При мне Хьюго неласково обращался и с Томасом, и с Андреем. – вспомнил Вильям, когда девушка его отпустила.

– Отец винит Томаса в смерти мамы. Он считает, что Томас спасал только Иду и не ухватил маму за руку. Ты же видел его шрам на лбу? Когда Томас пытался затащить Иду на берег, но ударился о камень и из-за дождя проскользил по нему.

– А что за белое пятно у него на щеке?

– Это ожог. Через пару недель после того отец пришёл в кузницу о чём-то поговорить. Они подрались, отец приставил его подбородок к раскалённому металлу.

– Жестоко.

– В ответ Томас прорезал ему живот тем же кликом, но уже остывшим.

– Ты очень откровенна с незнакомым человеком, которого к тому же многие считаю пьяницей, а некоторые из-за этого не хотят брать на работу. – заметил Вильям, набирая шаг, когда Анна приноровилась к темпу.

– Мы живём с тобой в одном доме несколько дней. —усмехнувшись, парировала девушка. – Да и ты сам нам рассказал много о себе. Даже больше, чем я.

– Ну да…– задумался мужчина. – Да, значит, мы уже и не незнакомые.

– Но я всё ещё чувствую какую-то стену между нами, будто она не даёт тебе или мне что-то сказать другому. – когда они преодолели зловонную улицу и, смешавшись с собравшейся на площади толпой, начали пробираться к эшафоту, забормотал Вильям.

– Нет, я подобного не замечаю. – от неудобства поворачивать голову, расталкивая перед собой спины, вычищая путь к центру, сжато ответила Анна.

Но Вильям, шедший за ней, не чувствовал стеснения и, разговаривая больше с собой, продолжил:

– Но что-то мешает мне. Мне никогда ничего не мешало! Что-то надо делать и срочно…

– Давай останемся на площади после казни, не пойдём сразу домой. – услышав размышления мужчины, предложила Анна.

– Прекрасная идея! Ну давай, давай быстрее.