– Советские?

– Они самые. Их здесь очень много.

– Возможно, они к этому тоже имеют отношение.

– Возможно… черт возьми, возможно! Что мне делать?

Иглбургер подумал

– Если в посольстве безопасно – оставайся в посольстве. Мы попробуем здесь выяснить, откуда ноги растут у всего этого.

– Выяснить в Вашингтоне? – Эйприл горько усмехнулась – это же город лжецов. ЦРУ просто будет делать вид, что все так и было.

– Не упоминай этого слова часто, Эйприл. Мы попытаемся выяснить. А ты – сиди на месте и жди, что будет еще нового. Я поставлю твое посольство в приоритет с этого часа[123]. Сообщай все что есть, что бы это ни было.

– Вас поняла…

Эйприл отключилась и еще какое-то время сидела неподвижно, анализируя ситуацию. Затем – решительно толкнула дверь, спустилась на первый этаж, Морские пехотинцы – уже закрыли двери посольства и разбирали бронежилеты и автоматические винтовки. После нападения на посольство в Иране – количество оружия в других посольствах было существенно увеличено.

– Подготовьте машину! – сказала она – в течение часа

– Мэм… – советник по безопасности подошел ближе – сейчас очень опасно.

– Я знаю, что я делаю.

– Мэм, могу я узнать маршрут поездки

– Мы едем в Тикрит!

– Мэм это очень плохая идея.

– Плохая идея! – сказала госпожа посол, переживавшая кризис среднего возраста – дать оружие таким придуркам как вы. Чертовы ублюдки, вы готовы за один час изгадить то, что делалось годами. Приготовьте машину, или я поеду одна. а вы вылетите из страны как пробка из бутылки и будете орать на новобранцев в каком-нибудь сраном форте, ясно вам? Одна машина, один водитель, никакого сопровождения…

Одного телохранителя – ей все-таки навязали.

Она оделась максимально скромно и повязала косынку, желая показать уважение к традициям мусульманского государства. На самом деле – отправляясь в эту поездку, она была почти что в безопасности – хотя такие как Иглбургер или этот придурок с автоматом этого не понимали. Она была женщиной, вот в чем было дело. Она была существом второго сорта и не имела никаких прав – но точно так же она не имела и обязанностей. В традициях арабского Востока – коллективная ответственность, и если все происходившее в Тикрите правда и американцы действительно покушались на раиса – выживший раис вполне мог приказать убить явившегося к нему американского посла. Но не американского посла – женщину. Женщина не может отвечать за свой род, не может участвовать в межплеменных разборках. Убив женщину в качестве мести – Саддам выставит себя на посмешище и проявит себя полным идиотом. И естественно, потеряет уважение. А Эйприл уже успела понять кое-что про Саддама – он никогда не поступит так, чтобы плохо выставить себя перед арабами, лидером которых он хочет стать. Очень многое – он делает не потому что это необходимо – а напоказ. Он человек телевизора.