Первый раунд был выигран. Пусть и не с самим тираном, а всего лишь с безвестным хамом на дороге.

Военный внедорожник – промчался на ста тридцати по опустевшему городу, мигая мигалкой и завывая сиреной. Везде были видны следы поспешной мобилизации – бронетехника на улицах, патрули на тротуарах. Машин почти не было – видимо, горожане боялись выходить из дома. Их можно было понять – в восемьдесят втором Хусейн приказал казнить все село, около которого на его конвой состоялось нападение.

Жив он или нет? А если нет? Возможно, здесь уже нет Раиса – а есть группа приближенных. пытающаяся решить, как быть дальше?

Прожектор – высвечивал двор. В ярком луче – был виден бронетранспортер, пробежавшие мимо него солдаты. Все это – напоминало съемку фильма об инопланетном вторжении.

Молодой офицер подошел к машине, он был вооружен Скорпионом в кобуре на боку и автомат Калашникова висел у него через плечо. Мешался – судя по тому, как он постоянно поправлял его. Чисто выбрит, на вид лет двадцать. Эти самые опасные. Сироты, воспитанные в абсолютной преданности вождю…

– Мир вам…

– Что вам надо? – старые традиции гостеприимства тут были не в чести

– Я должна видеть раиса. Я посол Соединенных штатов.

– Раис не желает никого видеть

Жив?

– Почему бы тебе не спросить об этом самого раиса.

Молодой человек – окатил ее полным ненависти взглядом.

– Оставайтесь здесь… Ни шагу дальше, иначе будете расстреляны

Госпожа посол села обратно в машину

– Интересно, откуда в нем столько злости. мэм? – заметил водитель

– Может, его рано высадили на горшок…

Саддам Хусейн предстал перед ней совершенно невредимым – в своей довольно скромной военной форме и черном берете. Он сидел за столом в одной из комнат дворца. в которую ее привели и что-то писал в большой, толстой тетради.

Бандиты, которые привели ее сюда – тяжело дышали за спиной.

– Преступника всегда тянет на место преступления… – сказал Хусейн, продолжая писать.