23.8 вечером после беседы, которую Ренсимен имел с Бенешем, Э. позвонил Гогенов по телефону и просил его организовать на воскресенье, 28 августа, встречу между Ренсименом, им и К. Г. в Ротенхаузе.

24.8 Э. вылетел в Лондон.

На прощание собеседники обещали вскоре увидеться снова.

46. Письмо советника посольства Германии в Великобритании Т. Кордта статс-секретарю министерства иностранных дел Германии Э. Вейцвекеру

23 августа 1938 г.

Глубокоуважаемый г-н фон Вейцзекер!

В приложении Вы найдете подробную запись беседы, которую я имел сегодня с довереннейшим сотрудником Чемберлена, сэром Хорасом Вильсоном. О положении, которое занимает здесь сэр Хорас, Вам, конечно, уже сообщил г-н фон Дирксен. Хорас Вильсон считается одним из самых влиятельных людей в английском правительстве. Он не любит выступать публично. Установлено, что Невиль Чемберлен советуется с ним во всех делах. Вильсон – человек, которому противно все показное, и он внушает уважение каждому, кто входит с ним в общение. Он является воплощением идеала Мольтке: «Быть больше, казаться меньше».

В результате этой беседы у меня сложилось впечатление, что англичане ясно представляют себе непрочность положения в Чехословакии. Они, несомненно, готовы также сделать все от них зависящее, чтобы удовлетворить наши желания, но, конечно, за плату: они хотят избежать военного разрешения вопроса, и не последнюю роль играет здесь то, что они сами чувствуют, что должны будут бороться за безнадежное, в сущности, дело. Сэр Хорас говорил о возможности передать фюреру через особого уполномоченного британского правительства предложение о более широком мирном разрешении вопроса. Но одновременно он сказал, что всякие усилия в этом направлении бесполезны, если соответствуют действительности слухи, циркулирующие в Лондоне и на континенте, будто мы уже установили срок вторжения в Чехословакию. Я обратил внимание сэра Хораса в особенности на то, сколь необходимо теперь, чтобы английское правительство ясно высказывалось и действовало. Бенеш и его люди не должны находиться под впечатлением того, что прежняя обманная политика может и в дальнейшем проводиться, опираясь на британскую нерешительность.

Согласно данным мне указаниям, я не упоминал о плебисците в Судето-немецкой области как о возможном выходе. Но по ходу всей беседы у Вильсона не могло остаться ни малейшего сомнения, что мы никогда не согласимся с таким решением вопроса, при котором это государство сохранилось бы нетронутым в его нынешней форме.