Глубокоуважаемый г-н посол!
На протяжении почти 48 месяцев своего пребывания на фронте я довольно часто и подолгу бывал на передовых позициях во Фландрии, в Шампани, на Эн и на Сомме, командуя ротой в одном из самых боевых пехотных полков старой армии, а потому мне хорошо известно, что кругозор командира фронтовой части не позволяет судить о ходе всего сражения. Но насколько я могу видеть с занимаемой мною здесь в настоящее время позиции, через бойницы и окопную стереотрубу, а также судить на основании донесений постов наблюдения и личной разведки, передвижение и состояние подготовки на расположенной против меня позиции настолько важны, что мне хотелось бы об этом Вам сообщить.
За последние недели, и особенно за последние дни, положение здесь еще более обострилось. Неопровергнутые сообщения о числе резервистов, призванных в Германии под знамена, в высшей степени резкие выпады прессы против Чехословакии, слухи о сроке, который якобы установило германское правительство для вступления в Чехословакию, все это, снабжённое отчасти тревожными, отчасти подстрекательскими комментариями прессы – от левой до правой включительно, – положило конец искусственному спокойствию, о котором я сообщил Вам в письме от 11-го сего месяца. На примере «Таймс», который Вы, конечно, читаете, Вы можете судить, насколько острее реагирует теперь общественное мнение по сравнению с недавним прошлым. Я прилагаю при сем вчерашнюю воскресную статью Гарвина в «Обсервере», в весьма сдержанном языке которой звучит большая тревога. Хотя, как Вы знаете, Гарвин ни в коей мере не отражает взглядов большинства британского общественного мнения, все же я склонен считать на основании бесед, которые я имел, что он довольно правильно представляет точку зрения сторонников Чемберлена.
Из речи Саймона явствует, что британское правительство все еще питает иллюзии относительно возможности разрешения чехословацкой проблемы путем компромисса. Сэр Джон Саймон является как раз одним из главных представителей того типичного для британцев умонастроения, которое предпочитает гнилой компромисс прямому решению вопроса, если это решение сопряжено с принятием на себя какой-либо ответственности.
Тем не менее, я имею основание предполагать, что британское правительство готово пойти навстречу нашим желаниям, насколько это только возможно. Но для этого оно должно знать наши желания. Здесь все больше убеждаются в том, что мы не удовлетворимся тем, что судетским немцам будет предоставлена автономия, а будем стремиться к разрешению проблемы в более широком смысле. У меня нет указаний по этому вопросу; я располагаю лишь телеграфным указанием младшего статс-секретаря от 17 августа, согласно которому, исходя из различных соображений, мы не можем принять идею плебисцита.