Приемный сын Цезаря не считал себя наивным. Он знал, что некоторые преступления остаются безнаказанными. Воры и убийцы иногда продолжали жить, и очень неплохо, умирая счастливыми и старыми в окружении семьи. Юлий однажды рассказал Октавиану о человеке, который ограбил друга и удачно вложил деньги в дело. Друг его умер в бедности, тогда как вор процветал и стал сенатором. Однако человек имел право добиваться справедливости, пусть даже за нее приходилось бороться. Наследнику Цезаря справедливость не принесли, он должен был ее добиваться и не мог успокоиться, пока оставался в живых хотя бы один Освободитель, пока они продолжали гордиться своим преступлением.
Октавиан видел монету с головой Брута и словами на обороте, объявляющими, что тот «Спаситель Республики». Он стиснул зубы, когда эта монета возникла перед его мысленным взором. Нельзя было допустить, чтобы такие люди творили историю. И он не мог допустить, чтобы преступление превратилось в благородный поступок.
* * *
Секст Помпей видел вокруг себя только отчаяние. Его команда сражалась долгие часы. Они пережили три абордажные атаки, едва успевая развести корабли, прежде чем враг сокрушил их. Лишь несколько человек не получили ранения, многие жадно пили воду и выискивали момент, чтобы передохнуть. Конечно, выносливости им хватало, но только их молодость служила неистощимым источником энергии. Совсем недавно Секст отметил очередной день рождения с легионными капитанами. Они поднимали тосты в его честь, а те, кто помнил его отца, произносили красивые речи. Братья Каска прочитали новую поэму, написанную Горацием, которая широко распространялась в городах. Поэт прославлял Республику как самое великое достижение человеческого ума.
Это счастливое и уже такое далекое воспоминание пришло, когда Помпей смотрел на обломки галер и тела, плавающие вокруг. Никто в Риме не знал, что в самой узкой части полуострова он держал лошадей, чтобы поддерживать связь с Ведием. Он