И он говорил, а чиновник записывал целый час. Потом этот человек, Сэм, отправился к своим предкам.
Линг Чу резко, как всегда, оборвал рассказ. Тарлинг взял бумаги, раскрыл их и просмотрел лист за листом. Уайтсайд терпеливо сидел рядом, не отвлекая его.
Когда Тарлинг дочитал, он взглянул на Уайтсайда и сказал:
— Торнтона Лайна убил Сэм Стей!
Уайтсайд не поверил своим ушам.
— Но... — начал он.
— Я уже давно предполагал это, но мне не хватало еще нескольких звеньев, чтобы замкнуть цепь доказательств. И эти звенья до сих пор ускользали от меня, а теперь я их получил. Я прочту вам, Уайтсайд, существенные места из предсмертного признания Сэма.
XXXVIII
XXXVIII
«...Когда я снова был выпущен из тюрьмы, Торнтон Лайн приехал меня встречать в красивом автомобиле. Он обращался со мной, будто я не преступник, взял меня с собой в свой дом и угостил лучшими кушаниями и вином. Он сказал мне, что был подло предан одной молодой девушкой, которой много помогал. Она служила у него, он взял ее в дело, когда она умирала с голоду. Он рассказал мне, что она оклеветала его. Наверное, это очень злая девушка, ее имя Одетта Райдер. Я прежде никогда ее не видел, но после того, что мистер Лайн мне рассказал о ней, я ее возненавидел. И чем больше он говорил, тем сильнее я хотел отомстить ей за него.
Он сказал, что она красива, и я вспомнил, что один из моих тюремных товарищей попал в тюрьму за то, что плеснул серной кислотой в лицо девушке, которая его обманула.
Жил я в доме одного старика, бывшего преступника, потому-то он и комнаты сдавал только преступникам. Платить приходилось много, но квартира того стоила, потому что, когда полиция наводила справки о ком-нибудь из жильцов, домохозяин и его жена давали неверные сведения.
Я сказал домовладельцу, что 14-го числа собираюсь кое-что предпринять и дал ему фунт. Вечером 14-го числа я сказал мистеру Л айну, когда пришел к нему, что я задумал сделать. Показал ему пузырек с купоросным маслом, который я купил на Ватерлоо-Роуд. Он сказал мне, чтобы я этого не делал. Но я подумал, что он запрещает мне это только потому, что у него доброе сердце. Он сказал, чтобы я предоставил ему самому разобраться с этой девушкой, а он решит, как ее наказать.
Я вышел из его дома в девять часов вечера, сказав, что иду к себе домой. Но я не пошел домой, а пошел в дом, где живет Одетта Райдер. Я раньше уже был там, когда мистер Лайн поручил мне тайно пробраться к ней в квартиру и незаметно оставить несколько колечек с бриллиантами из его магазина. Он хотел потом обвинить эту девушку в краже. В тот раз я внимательно осмотрел дом и знал, что с черного хода можно проникнуть в квартиру незамеченным, а с парадного — нельзя, там всегда сидит швейцар.