На той же неделе английский посланник Майлс Лэмпсон в полной дипломатической форме, в сопровождении штата своих сотрудников, посетил Чан Кайши и вручил ему верительные грамоты. На церемонии присутствовало все нанкинское правительство. В момент вручения грамот произвели салют английские военные корабли, стоявшие в порту. После официального признания Великобританией нового диктатора состоялось подписание англо-китайского договора на основе принципов наибольшего благоприятствования…

Происшедшие в хронологической последовательности захват «Сыпингая» полицейскими Чан Кайши и телефонной станции КВЖД — солдатами Чжан Сюэляна показывали, в каком направлении будут развиваться дальнейшие события.

Павел Иванович отложил бумаги. Вышел в приемную.

За столом, как всегда, корпела над журналами «входящих» и «исходящих» Наташа.

— Пожалуйста, позови ко мне Оскара.

— Ознакомлен, — сказал Оскар, когда Павел Иванович протянул ему донесение Файна. — В захвате станции вместе с чжансюэляновскими солдатами участвовали белогвардейцы.

— Как ты понимаешь этот акт?

— Телефонная станция была построена одновременно с дорогой. Права на ее эксплуатацию полностью соответствуют соглашению о КВЖД и лишь несколько месяцев назад были подтверждены мукденскими властями. Захват станции — это открытый захват части КВЖД. Однако дело представляется мне еще более серьезным.

— Почему?

— Потому что станция не только обслуживает абонентов в Харбине и по всей дороге — она связана международной линией с Хабаровском и Владивостоком, а следовательно, и с Москвой. В Северной Маньчжурии телефонное сообщение имеет особое значение. По существу, это единственный вид срочной связи. Тем более что Харбинская станция — первая автоматическая на всем Дальнем Востоке. Если захват ее рассматривать с военной точки зрения, то это — попытка лишить руководство КВЖД связи. Перед чем? Что последует?

Он выжидающе посмотрел на начальника управления.

Что ж, помощник подтвердил тот вывод, к которому уже раньше пришел сам Павел Иванович.

— Безусловно, захват станции санкционирован Чан Кайши. Мне известно, что в Мукдене и Харбине шьются флаги гоминьдана. Чжан Сюэлян получил согласие Токио на подъем этих флагов. — Оскар снова сделал паузу. Посмотрел на Берзина. — Пора, Павел Иванович.

Начальник управления понял:

— Хорошо… Акклиматизировался он быстро. Пусть перебирается в Харбин. Дитерихс и его ближайшее окружение — вот окончательная и долговременная его цель. Обязательно передай: мы верим, что порученное дело он выполнит успешно.

Когда Оскар вышел, Павел Иванович снял трубку телефона высокочастотной связи; телефон соединял его кабинет напрямую с кабинетом наркомвоенмора и председателя Реввоенсовета.