Когда ее пальцы заскользили по его спине, равномерно распределяя по ней кашицу из листьев, Джондалар заметил, что она так и не успела завернуться в шкуру. Эйла стояла рядом с ним на коленях, и он ощущал близость каждой клеточкой тела. Он уловил запах, исходивший от ее кожи, разогретой солнцем, и другие – таинственные, сугубо женские – ароматы, и ему захотелось притронуться к ней. Его рука заскользила вверх по ее бедру к ягодицам.

Почувствовав прикосновение его пальцев, Эйла замерла, не в силах пошевельнуться. Она не понимала, что он делает и чего ждет от нее, зная лишь одно: ей не хотелось, чтобы это прекратилось. Но когда он протянул руку и прикоснулся к ее соску, она громко ахнула, ощутив нечто похожее на судорогу.

Ее ошарашенный вид поверг Джондалара в недоумение. Разве в желании мужчины притронуться к красивой женщине, которая находится совсем рядом с ним, есть что-то странное? Он отдернул руку, не зная, что и думать. «Она ведет себя так, будто до меня никто ни разу не прикасался к ней, – подумал он. – Но она не юная девушка, а женщина. И, судя по растянутой коже на животе, ей довелось узнать, что такое беременность, хотя детей в пещере нет. Впрочем, у женщин случаются выкидыши, но она наверняка уже прошла через ритуал Первой Радости, который подготовил ее к тому, чтобы принять дар Великой Матери».

Эйла до сих пор чувствовала, как в каждой жилке ее тела играет разогретая прикосновением Джондалара кровь. Она не поняла, что заставило его остановиться, и, пребывая в полнейшем замешательстве, встала и отошла в сторону.

«Может быть, я не нравлюсь ей? – подумал Джондалар. – Но тогда зачем она подошла так близко? Она не могла не заметить, что я горю желанием. Но ей нужно было обработать ожог. И она вела себя ровно и спокойно. Точнее говоря, она как будто и не заметила, что со мной происходит. Неужели она настолько привыкла к подобной реакции со стороны мужчин на ее красоту? В ее поведении не было ни тени равнодушия, которое напускают на себя умудренные опытом женщины, но разве возможно, чтобы она не догадывалась о том воздействии, которое оказывает ее тело на мужчин?»

Джондалар подобрал комок влажной кашицы, упавший с его спины. Целитель из племени шарамудои тоже использовал листья репейника для лечения от ожогов. Она знает свое дело. «Ох, ну конечно же! Джондалар, до чего же ты глуп, – сказал он сам себе. – Шамуд рассказывал тебе об испытаниях, через которые проходят Те, Кто Служит Великой Матери. Наверное, она тоже дала обет воздерживаться от радостей. Вполне естественно, что она скрывает свое прекрасное тело под бесформенной шкурой. Если бы ты не обгорел, она не подошла бы к тебе так близко, а ты тут же распалился, как мальчишка».