Дар объективно стал делом прежде всего субъективным, личным, индивидуальным. Он является выражением и инструментом личных отношений, лежащих вне рынка и государства. Во Франции его, разумеется, продолжают практиковать там, где он был обычным в течение столетий, – между родственниками и друзьями. Между близкими – близкими родственниками, близкими друзьями – дар остается обязанностью. Он свидетельствует об этой близости отсутствием расчета, отказом рассматривать своих близких как средство достижения собственных целей. Таким образом, в нашей культуре дар продолжает являться частью этики и логики, которые не являются этикой и логикой рынка и выгоды и которые даже противостоят им, сопротивляются им[434].
Французский опыт, без сомнения, позволительно экстраполировать на индустриальные западные общества. Годелье описывает пространство дара как некий островок, зажатый в индустриальном обществе
между двумя силами – рынком и государством. Рынок – рынок труда, товаров и услуг – это место отношений выгоды, учета и расчета. Сила государства – это пространство безличных отношений послушания и уважения закона[435].
между двумя силами – рынком и государством. Рынок – рынок труда, товаров и услуг – это место отношений выгоды, учета и расчета. Сила государства – это пространство безличных отношений послушания и уважения закона[435].
Дар, утверждает Годелье, противостоял и рыночным отношениям, и государству, но именно поэтому на нем стоит их клеймо[436]. Дар – это защитная реакция на анонимизацию человеческих отношений в условиях развития индустриального общества, либерального государства и рыночных отношений. Антимодерная, по сути, реакция имела смысл, пока благотворительность не превратилась в публичное дело и не дискредитировала себя коммерциализацией и выставлением напоказ с помощью рекламы, пока она не обернулась бесконечным конвейером по сбору средств в пользу несчастных, больных и бедных, не стала инструментом консервации иерархий и социальных контрастов. Послание дара – рассказ об упорном желании сохранить личные, близкие, теплые отношения в мире, построенном на иных принципах.
Места памяти
Истории рассказывают не только реликвии и символы, личные свидетельства и фотоальбомы, бытовые предметы и подарки с посвящениями. Их рассказывают наделенные символическим значением природные ландшафты и населенные пункты, связанные с великими историческими событиями. Здания, в которых вершилась история, и памятники павшим героям. Праздники, посвященные судьбоносным поворотам в истории, и песни, объединявшие людей на великие дела. Все они, как и рассмотренные выше «красноречивые» предметы, выполняют одну и ту же функцию – поддерживают память группы. Они называются «местами памяти» и в исследованиях коллективной памяти, национального самосознания, групповой идентичности на всех языках известны под французским названием оригинала: