«Парфюмер» Патрика Зюскинда – не только блестяще написанный детективный роман. Он вернул осознание значения обоняния и обеспечил истории ароматов, изготовлению духов и их воздействию должное внимание. С тех пор стало ясно, что для восприятия мира истории «релевантны» не только глаза, слух и спонтанное предпочтение аудиовизуального. Другие органы чувств – обоняние, осязание, вкус – тоже важны[526].

«Парфюмер» Патрика Зюскинда – не только блестяще написанный детективный роман. Он вернул осознание значения обоняния и обеспечил истории ароматов, изготовлению духов и их воздействию должное внимание. С тех пор стало ясно, что для восприятия мира истории «релевантны» не только глаза, слух и спонтанное предпочтение аудиовизуального. Другие органы чувств – обоняние, осязание, вкус – тоже важны[526].

История чувств в ее различных модификациях интересуется пространством как своего рода «конструкцией в квадрате», так как не только пространство, но и чувства социально и культурно кодированы:

Именно культура определяет, что благоухает, а что смердит, уместен или неприличен тот или иной запах. ‹…› Запахи могут содействовать коммуникации или блокировать ее. Они могут использоваться как инструменты определения своего и чужого, родного и враждебного, привычного или опасного. Их можно мобилизовать для укрепления солидарности, изгнания чуждого и применения насилия[527].

Именно культура определяет, что благоухает, а что смердит, уместен или неприличен тот или иной запах. ‹…› Запахи могут содействовать коммуникации или блокировать ее. Они могут использоваться как инструменты определения своего и чужого, родного и враждебного, привычного или опасного. Их можно мобилизовать для укрепления солидарности, изгнания чуждого и применения насилия[527].

Как я уже упоминала, из-за недостаточного знания немецкого языка мое восприятие блошиного рынка долгое время было сродни восприятию ребенка. Дефицит его вербального освоения заменялся присвоением глазами, ушами и носом. Об обонятельных и звуковых составляющих блошиного рынка и пойдет речь ниже.

* * *

В дни посещения блошиного рынка запахи и звуки начинали будоражить нас задолго до достижения цели нашей поездки. Ранним утром ощущения обострены. Запах рассветной сырости в сумеречном Мюнхене зимой и ароматы зелени в теплое время года начинали окутывать нас, как только мы выходили из дома. На фоне шелеста наших велосипедных шин и колес редких автомобилей там и тут можно было услышать шум поднимающихся жалюзи в открывающихся булочных и ощутить ароматы горячей выпечки.