– Не заговаривайтесь, мистер Прайс, – остановил поток его слов губернатор. – Вы – не власть, а лжи в свой адрес я еще не услышал. – И он снова повернулся к пленнику, чтобы продолжить допрос. – Итак, юноша. Вы состояли в банде?

– Я состоял в ордене, – поправил его Люк.

– Стало быть, в банде?

– В ордене, сэр. Уверен, вы можете отличить одно от другого.

– Позже я разберусь с вашим орденом. – Клиффорд откинулся на спинку и снова вздохнул. – На чем мы остановились?.. Значит, вы утверждаете, что у вашего… – Тут он запнулся, уставившись в пространство перед собой большими глазами, будто в голову пришла какая-то неожиданная, пугающая мысль, но в следующее мгновение отбросил ее в сторону. – Что у вашего отца хранились некие важные письма?

– Да, – подтвердил Люк без промедления.

– И что их выкрали?

– Да.

– И что сделал это никто иной, как мистер Прайс? – Брови губернатора сдвинулись. Являлось ли то правдой или нет, ему было неприятно выслушивать подобные вещи про человека, которого собственноручно отправил в этот проклятый город.

– Да, – твердо повторил арестант.

– Каковы доказательства?

– Я его видел.

– Во время преступления? – в голосе Томаса Клиффорда послышалось сомнение.

– Да, сэр. Я застал его, когда он уже выпрыгивал в окно. Он зацепился за подоконник и потерял одну и пуговиц. Если вы заглянете в мой карман, то найдете там ее.

Ксавье, стоявший в двух шагах, забавлялся увиденным, словно находился не в суде, а на театральном представлении. Его змеиные глаза блестели смехом. Но когда охранявший его солдат отнял от пленника свою руку, чтобы проверить чужой карман, бандит мгновенно переменился и быстро глянул по сторонам, выискивая способ улизнуть. Однако сразу же отмахнулся от такой идеи – слишком много народу. Те же самые мысли бродили в голове арестованного табачника, только последний еще не осознал бессмысленность своей идеи и совершал уже вторую попытку уползти к выходу и скрыться из виду.

– Хм… Это ваша пуговица, мистер Прайс? – проговорил губернатор, по-прежнему хмурясь. – Вижу, что ваша.

– В конце концов! – взорвался шериф и оттолкнул солдата, который пристраивал оторванную пуговицу к тому самому месту, где она должны была находиться и где сейчас торчало лишь несколько ниток. – Кого мы пришли допрашивать?! Проклятых бандитов или представителя…

– Что вы делали в их доме? – громко спросил Клиффорд, перебив Прайса.

– Сэр! Мало ли где я мог потерять эту чертову пуговицу! – Шериф уже не мог скрывать эмоций, его терпению пришел конец. – Вы не должны верить преступникам, ведь естественно, что они против меня!