Вопрос о том, кому принадлежат клетки HeLa, остается открытым. Обладают ли живые клетки собственными юридическими правами после смерти их владельца? И что, если однажды родственники Лакс смогут претендовать на владение этими клетками, на долю многомиллионной выгоды, принесенной исследованиями или даже на полноценный расчет наследства? Быть может, ответ на вопрос о том, кто является истинным владельцем клеток Генриетты Лакс, найти так никогда и не удастся.

Одно нам известно точно: Генриетта Лакс не только, сама того не зная, помогла человечеству в борьбе с заболеваниями и позволила нам больше узнать о самих себе, но также положила начало сложному и крайне важному разговору о том, кто мы и кто кому принадлежат наши гены. Мы навсегда останемся в неоплатном долгу перед ней и ее семьей.

И хотя создателем первой вакцины обычно считают Дженнера, на самом деле он делит эту заслугу с Джести. Знаменитая вакцина Дженнера появилась позднее, в 1796 году, кода он взял образцы жидкости из волдыря заразившейся коровьей оспой доярки по имени Сара Нелмс, которая подхватила ее от буренки по кличке Цветик. Затем Дженнер втер содержимое пустулы в царапину на руке восьмилетнего мальчика, Джеймса Фиппса. Неделю спустя, после легкой болезни и лихорадки, ребенок поправился, и в дальнейшем, дважды подвергнувшись риску заражения оспой, он так ею и не заболел. Работа, в которой детально описывалось это революционное открытие, была представлена Королевскому обществу, члены которого, однако, отвергли ее, сочтя «невероятной» (в том смысле, что они не посчитали данные достоверными).

В 1798 году Дженнер повторил свой эксперимент (ему пришлось ждать новых вспышек коровьей оспы, чтобы продолжить работу). Наконец он опубликовал труд, в котором назвал изобретенный им метод variolae vaccinae, то есть «коровьей оспой» (в переводе с латыни vacca означает «корова»). Так и появился термин «вакцина» и, конечно же, «вакцинация». Благодаря коровам!

Как это часто бывает, когда под угрозой оказывается научный статус-кво, Джести и Дженнер подверглись насмешкам. Соседи обрушились на Джести с упреками, боясь, что после этой процедуры люди станут превращаться в коров, а Дженнер навлек на себя гнев разъяренных врачей, которые опасались куда более правдоподобного сценария: потери прибыльного дела, коим стала вариоляция.

Заключительный поворот в истории первой в мире вакцины стал результатом медицинской неразберихи. Оказалось, что вирус, применявшийся для производства вакцины, с помощью которой оспу в итоге удалось уничтожить, на самом деле представлял собой вовсе не коровью оспу, а родственный патоген из семейства поксвирусов. На каком-то этапе насчитывавшей не одно десятилетие истории культивирования вакцины, появился вирус Vaccinia. Им мог стать выживший в лаборатории патоген, которого больше не существует в природе.