Тем временем нью-йоркские власти вступили в борьбу с эпидемией, введя строгие карантинные меры, а заодно и множество бесполезных ограничений в попытке остановить быстрое распространение инфекции. Вокруг некоторых районов были выставлены блокпосты. Транспортные средства с пассажирами в возрасте до шестнадцати лет включительно могли въехать в Нью-Йорк или покинуть город только после предъявления подписанной квалифицированным специалистом справки, подтверждающей, что у них дома не было больных полиомиелитом. Стоило хоть одному члену семьи заразиться, как «дом полиомиелитного больного» тут же закрывали на карантин, вешая на него предупредительные таблички, чтобы отвадить незваных гостей. Семей иммигрантов стали сторониться, обвиняя их в том, что они привезли болезнь с собой.

Нельзя не упомянуть о бедных кошках и собаках. Недолго, но повсеместно бытовало мнение о том, что они являлись переносчиками болезни. Из-за этого жители Нью-Йорка стали массово выбрасывать на улицу и усыплять своих питомцев. В ходе борьбы с эпидемией 1916 года было убито более семидесяти пяти тысяч кошек и около восьми тысяч собак.

Зажиточные ньюйоркцы, которые могли себе это позволить, покинули город, некоторые – на все лето. А вот жители пригородов ввели собственные карантинные меры. На общественных пляжах разрешалось купаться только местным жителям. В варьете пускали исключительно зрителей старше шестнадцати лет. Занятия в воскресных школах на лето были отменены.

К осени 1916 года самый тяжелый период эпидемии закончился.

Но если медицина и извлекла хоть какую-то пользу из эпидемии полиомиелита 1916 года, то она заключалась в невероятном количестве данных о распространении заболевания, которые удалось собрать федеральной команде сотрудников сферы здравоохранения. Им понадобилось более двух лет на то, чтобы закончить отчет, который хоть и оказался провальным, но внес огромный вклад в дальнейшую борьбу со вспышками полиомиелита. Согласно представленным в нем выводам, нью-йоркские карантинные меры провалились, животные не имели никакого отношения к распространению заболевания, а выяснить, как именно передавался полиомиелит, так и не удалось. Кроме того, в нем говорилось, что это заболевание нельзя было диагностировать даже на основе классических симптомов (таких как паралич), и советовалось исследовать случаи абортивного полиомиелита, чтобы разобраться, каким образом распространялась инфекция.

В 1931 году на США обрушилась еще одна эпидемия полиомиелита, которая вновь затронула главным образом Нью-Йорк и спровоцировала четыре с половиной тысячи случаев заражения. В те годы люди по-прежнему страшно боялись этого недуга, ведь эффективного лечения до сих пор не существовало. К тому же в основном страдали дети, и их участь олицетворяла собой паралич как таковой. Казалось, что в попытках сдержать эпидемию 1931 года городской департамент здравоохранения действовал наугад, предлагая ряд весьма популярных, хоть и неэффективных мер, а также множество весьма сомнительных рекомендаций вроде советов есть больше соли, вешать на шею камфару и пользоваться назальным спреем.