1. Девочка, 11–12 лет, рост — четыре фута семь дюймов, чёрные волосы, длина — до лопаток; серые глаза. Особые приметы: родинка на правом крыле носа, на правой ладони — след от свежего пореза. В данный момент находится под опекой миссис Шарлотты Коллиер. 2. Мужчина, 40–45 лет, каштановые волосы, карие глаза. Рост — пять футов десять дюймов. Особые приметы: родимое пятно в форме клевера на левой стороне шеи, шрам на левом запястье».

1. Девочка, 11–12 лет, рост — четыре фута семь дюймов, чёрные волосы, длина — до лопаток; серые глаза. Особые приметы: родинка на правом крыле носа, на правой ладони — след от свежего пореза. В данный момент находится под опекой миссис Шарлотты Коллиер.

2. Мужчина, 40–45 лет, каштановые волосы, карие глаза. Рост — пять футов десять дюймов. Особые приметы: родимое пятно в форме клевера на левой стороне шеи, шрам на левом запястье».

Здесь Мэри нет…» — Лиззи снова пробежалась взглядом по листу. Женщина, которая так и не сумела отыскать своего мистера Бейнбриджа в списке, беспомощно хлюпала носом и прятала лицо в ладонях. Дамы, что лениво прогуливались вдоль бортов, развили невиданную прыть, спеша на помощь: ещё совсем недавно они были на другом конце старенького судна, но уже сейчас оказались рядом со страдалицей и стали поднимать её на ноги.

— Будет, будет, милочка…

— Не переживайте так, дорогая, список наверняка неполный!

— Он посадил меня в шлюпку! — рыдала женщина, закрываясь носовым платком, который ей заботливо протянула одна из кумушек. — Он обещал… он обещал, что он доплывёт… он обещал, что он доплывёт… он обещал… обещал!

Лиззи смотрела, не отрывая глаз, как женщину подняли с палубы и повели, похлопывая по спине, прочь. Одна из дам не переставала твердить ласковым напевным тоном:

— Да, да, конечно, он вам обещал, мы знаем, что он вам обещал! Конечно, он обещал, и он обязательно выплывет! Давайте-ка я отведу вас к врачу, бедняжка, вам срочно нужно успокоительное!

— Да, да! — резво поддержала другая кумушка. — Успокоительное! Выпьете — и сей же миг почувствуете облегчение. Давайте, дорогая, пойдёмте, пойдёмте! Вы сильная, дорогая, я в вас верю, вы сможете! Давайте, ещё шажочек! Да! Да, прекрасно, дорогая, шагайте, дорогая!

Лиззи встряхнулась. Знакомые ледяные оковы медленно начали смыкаться у неё на руках, они тянули вниз — но не на дно океана, а в какое-то иное место, где было намного страшнее.

«Джеймс… — повторила она и прижала трясущийся палец к списку. У множества имён уже стояли сально блестящие тёмные следы: множество перепуганных пассажиров прошло здесь до неё, оставив отпечатки своих пальцев около знакомых фамилий. — Джеймс… Мэри Джейн Джеймс… где Мэри Джейн Джеймс? Где? Где?..»