— Лиззи! — радостно поприветствовала её миссис Коллиер. — Какая радость, что ты здесь. Простите… — тут она заметила мрачных Брюса и Барри у Лиззи за спиной. — Простите, господа стюарды, неужели она что-то натворила?

Миссис Коллиер быстро поднялась и поспешила к Лиззи. Она стремительно обхватила Лиззи за плечи и встала у неё за спиной, настороженно изучая Барри и Брюса. Брюс опустил взгляд, Барри неловко сцепил пальцы.

— На самом деле, нет, — сказал он, — прошу прощения…

— Миссис Коллиер, — представилась та торопливо, — Шарлотта Коллиер.

— Да, миссис Коллиер, — продолжил Барри, — дело в том, что мисс Лиззи крайне обеспокоена судьбой сестры. Сегодня мы искали её в списке выживших.

Лицо миссис Коллиер вытянулось и опустело. Об этом списке она знала не понаслышке: сама она стояла у мачты с прибитыми белыми листами перед рассветом и поздним вечером, напрягая глаза и снова, снова и снова просматривая столбцы фамилий, начинающихся на букву «К». По тону и выражениям лиц стюардов миссис Коллиер сразу всё поняла и не стала ничего спрашивать. Её руки, мягко сжимавшие плечи Лиззи, вдруг сомкнулись решительно и жёстко, как у хищной птицы, которая стискивает в когтях желанную добычу. Лиззи засопела носом.

— Я понимаю, — сказала Шарлотта и неловко стала поглаживать Лиззи по плечу, — я поговорю с ней.

— Пожалуйста, не позволяйте ребёнку бродить по кораблю, — добавил Брюс, — девочка очень хотела встретиться с мистером Лоу. Она уверена, что Лоу спас её сестру.

Шарлотта горестно поглядела на Лиззи и покачала головой. Она не сказала ни слова. Только навязчивый сухой кашель вдруг сотряс её тело.

— Миссис Коллиер, — сказал Барри, — не теряйте надежды.

Миссис Коллиер подняла на него грустный взгляд и провела платком по губам.

— Я молюсь каждый день, — сказала она, и стюарды, распрощавшись, вышли из каюты.

Судовой врач переключил внимание с Марджери на Лиззи. Лиззи тут же отпрянула от него и замахала руками. Никто не дал ей времени, чтобы она успела написать в книжке, что хорошо себя чувствует и ни капли не нуждается в медицинской помощи.

— Ты до сих пор не говоришь, Лиззи, — с упрёком произнёс врач, — думаю, что мне просто необходимо попытаться понять, в чём дело.

Шарлотта отошла в угол, где сидела, закутавшись в одеяло, Марджери, и присела там. Лиззи снова подвергли тщательному осмотру; особенно пристальное внимание врач уделил её горлу.

— Скажи «а-а-а», — потребовал он.

Лиззи послушно открыла рот и напрягла горло — но с её губ не сорвалось ни звука.

Врач нахмурился и обеспокоенно покрутил головой. Он внимательно осмотрел Лиззи ещё раз, посчитал ей пульс и потребовал, чтобы миссис Коллиер внимательно следила за тем, аккуратно ли Лиззи принимает предписанные препараты. Затем он оставил трёх пассажирок в каюте, и Лиззи забилась в свой угол. Марджери с матерью смотрели на неё из противоположного угла, и молчание висело между ними, как старая паутина.