Люку стало кисло, и он хмуро поднял глаза к небу. Он обязательно получит ответы на все вопросы, сложит все факты, недомолвки и оговорки, которые хранит в памяти так тщательно, заберет результат генетического сравнения с отцом… лордом Кембритчем и матерью. Но не сейчас. После победы. Ибо если ее не будет, то и ответы не понадобятся.

— А ведь до нашей последней встречи ваша аура была иной. Меньше, с другим рисунком. Родовые знаки Инландеров были в ней и тогда, но они в том или ином количестве есть у всех потомков Инлия… Возможно, пребывание в усыпальнице вашего первопредка усилило вас, ведь фактически вы там купались в чистой стихии. И наследие Инлия проявилось в вас так, что даже цвет глаз поменялся. Как бы то ни было, я не смогла защитить Луциуса Инландера и наследников, хотя как придворный маг обязана была это сделать. Зато я могу обеспечить защитой будущего короля. Поэтому я в вашем распоряжении.

Люку стало еще кислее. Но он даже не поморщился. Привык, наверное, что каждый встречный норовит надеть на него корону.

— Леди, после того, что вы с бароном сделали для меня, это я в вашем распоряжении, — усмехнулся он, переводя тему, и волшебница впервые слабо улыбнулась. — Кстати, он к нам не присоединится? Был бы рад его видеть.

Виктория покачала головой.

— Увы, у него свой долг, лорд Лукас. Как и у каждого из нас. Но в ваших силах сделать, чтобы мы поскорее встретились: вам всего лишь надо разбить врага в Инляндии и дойти до Блакории.

— Ради семейного счастья барона я готов постараться, — заверил герцог, и она снова улыбнулась.

Все эти дни леди Виктория передвигалась между дармонширскими подразделениями — ставила долгоиграющие, завязанные на амулетах щиты на орудия, заряжала новые накопители для коллег-магов, чтобы они не погибали от истощения, завязывала на простейшие амулеты модифицированное ею заклинание Доспех и опустошала кувшины с молоком, заботливо припасаемые для нее на походной кухне.

Сейчас волшебница оставалась на скалистом седле между двумя склонами в паре десятков километров от места, где Люк, Нории и Энтери ловили Таммингтона. Обучать будущего змея здесь, вдали от городков, предложил Люку Энтери, который, как и полагается древнему дракону, знал Милокардеры как свои пять пальцев. Он же помог найти координаты седла на карте.

В этой низине среди снежного безмолвия высочайших пиков росли лишайники и корявые деревца и паслись стада баранов. Леди Виктория вывела Люка в оговоренных координатах, туда, где в темноте под сияющими, близкими звездами стояла яркая палатка, рядом с которой, мирно беседуя, сидели два дракона и бледный Таммингтон с уже почти затянувшимися пятнами от ожогов. Перед ними пылала жаровня, бросая на лица красные отблески, а на решетке попыхивал чайник и шкворчали дармонширские колбаски и картошка.