Такэсита узнал в этих строках те самые стихи, которые Анами написал, когда его послали на китайский фронт много лет назад.

Генерал взял кисточку и написал на другом листе бумаги

С верой в непоколебимость нашей

Находящейся под защитой богов земли…

Зазвонил телефон, и Такэсита взял трубку. «Генерал Мори, командир Императорской гвардии, убит мятежниками». Но даже эта новость не побудила Анами действовать. «Мое самоубийство, — сказал он, — будет также искуплением и за его смерть».

Около 3 часов ночи армейский офицер появился у дверей императорской библиотеки и потребовал у начальника охраны, чтобы пятеро его подчиненных сложили оружие. Обеспокоенный начальник сообщил камергеру Ириэ об этой просьбе. Ириэ, госпожа Хосина (главная фрейлина императрицы) и другие служители двора, напуганные этим угрожающим требованием, начали советоваться между собой, что делать.

Они решили сказать офицеру, что дворцовая стража имела холодное оружие по распоряжению начальника дворцовой гвардии и любой приказ разоружить ее должен исходить от него. Об этом было сообщено офицеру, и начальник стражи с нетерпением ожидал ответа. Офицер принял к сведению объяснение и ушел. Было заметно, что он был не один.

Теперь служители дворца плотно закрыли стальные ставни на окнах и запоры на дверях, чтобы не дать проникнуть во дворец непрошеным гостям. Началось нервное и сумбурное выяснение, где можно было спрятать императора, если мятежники придут за ним. Они решили не будить его величество, по крайней мере пока.

В ночь на 14 августа с командного пункта Армии Восточного округа, расположенного на седьмом этаже здания корпорации «Дай Ити», не было заметно никаких действий мятежников. Первые признаки, указывающие на то, что происходит что-то необычное, появились, когда один из старших офицеров штаба генерала Танаки позвонил в штаб Императорской гвардии по какому-то незначительному вопросу вскоре после 2 часов ночи. На другом конце провода послышался сдавленный голос майора Коги. Майор обратился к офицеру с просьбой призвать командование армии выступить с протестом против капитуляции.

Всего лишь несколько минут спустя полковник Мидзутани и подполковник Ида приехали из штаб-квартиры гвардии. Бледный и взволнованный Мидзутани прошел прямо к начальнику штаба, и они вдвоем разбудили генерала Танаку.

В это же самое время Ида вместе с двумя штабными офицерами полковником Фувой и подполковником Итагаки прошли в кабинет начальника штаба. Там Ида в пламенной речи перед офицерами обосновал необходимость поднять восстание, чтобы не допустить капитуляции. Он перечислил несколько убедительных аргументов в пользу таких действий, начиная со священной обязанности защищать национальное государство. Но когда он закончил говорить, его пыл и красноречие иссякли. Офицеры не просто ответили отказом, нет, это был категоричный отказ. Поняв, что больше уже ничего поделать нельзя, Ида поспешил назад во дворец рассказать Хатанаке о провале.