В последний выход Ежи сильно повезло, когда его три сотни, а он быстро делал карьеру у конфедератов, разгромили достаточно большой обоз русских, что шел к Днепру и был набит турецким барахлом и оружием. С этими же трофейщиками шли и с десяток сербских семей, переселявшихся в русскую Славяносербию, что севернее Бахмута.

Всех убили, почти две с половиной сотни обозников, охранения и переселенцев. Только молодых женщин оставили, все же отряд у Ежи был сплошь еще вчера мальчишки, в пубертатном периоде взросления. И эти взрослеющие волчата не упускали возможность позабавиться с красоткой. Ежи в этот раз так же выбрал себе девушку, самую красивую сербку, и сегодня намеривался сломать эту строптивую девку, которая ногтями разодрала ему щеку, а он перестарался и ударом в лицо, отправил сербскую курву в беспамятство.

— Пан Ежи, впереди поднятая пыль, это большой отряд, — обратился к командиру отряда семнадцатилетний Тадеуш Мациевич, резвый парень, только две недели назад, как присоединился к отряду «сыновей», как между собой называли конфедераты безбашенную ватагу молодежи.

— Не шуми, быстро оповести всех, чтобы через пять минут были уже в седле, — ответил Ежи, предвкушая новую порцию наслаждения от опасности, от выброса адреналина в кровь.

*…………*……….*

Западные границы земель войска Запорожского

13:27, 18 июня 1750 года

Выехав рано утром, после бивуака на границе степной и лесостепной зон, мой отряд двигался быстро, иногда даже на рысях, благо кони были действительно выносливы, да и большинство отряда шли одвуконь. Монотонная дорога скучна, может только необычайно красивые панорамные виды и не позволяли захандрить.

— Цесаревич, впереди большой отряд конфедератов, — казак Никита Рябой, ставший после задействования Степана на войне, начальником моей охраны.

Казак сжал кулаки и в его глазах проявился зверь.

«Вот и не верь в сказки про казаков-характерников, что будто боевые маги или волколаки» — подумал я, с любопытством всматриваясь в глаза казака. Однако последующие слова Никиты вмиг изменили мое настроение.

— Много посечённых, солдат, казаков-донцов, детей малых и баб, — сумел высмотреть Никита, надеюсь, просто отличным зрением, а не какой-либо магией, мне не хватало еще волшебников.

— Готовь людей, есаул, проверить оружие, быстро, — скомандовал я, но казак колебался.

— Не можно, Твое Высочество, ты надежа и опора нам, татей обойти потребно, — неуверенно говорил Рябой, в нем боролись исполнительность и казацкая, может, скорее, мужская, если ты правильный мужчина, потребность покарать злодеев, что покусились на баб и детей.