Тьер, как мы знаем, большой поклонник Наполеона. Вернет культ императора? Не торопитесь с выводами. Это Франция.

Хотя… Именно во времена последних республик сформировалось нечто похожее на некий государственный подход к Наполеону. Его можно назвать практическим. О Наполеоне вспоминают или забывают, исходя из потребностей. Ситуация, амбиции политических лидеров… Без особых истерик. Шума иногда больше, иногда меньше. Так было, но, похоже, сейчас ситуация может и измениться. О прогнозах будет отдельный разговор. Пока вернемся в Третью республику.

Тьер… Противоречивый политик и великий историк. Вот что неслучайно! Как раз начиная с Третьей республики основные битвы «вокруг Наполеона» уже будут происходить не в литературе, а в истории. Это тоже довольно «практично». Как бы жестоко историки не воевали друг с другом, жертв на такой войне не бывает, да и, признаем честно, сводки с места боев обычно изучают лишь те, кто в них и участвует.

Еще из республиканской практики. «Юбилейный Наполеон». Со времен революции, как мы уже не раз говорили, у французов очень трепетное отношение к символам. Со знаковыми датами, связанными с именем Наполеона, все происходило так. Чем дальше – тем символичнее.

Отмечать? Не отмечать? Если отмечать – в каких масштабах? Все смешалось! Здесь и общественное мнение, и большая политика. Апогея «суета вокруг юбилеев» достигнет уже в XXI веке. В XIX и самом начале ХХ века все еще было более-менее просто.

Страшное поражение в войне 1870–1871 годов помогло французам вспомнить о великом императоре. Возрождать культ Наполеона в полном объеме было бы как-то странно, но что мешает активно использовать имя и образ?

Республика предлагает французам не Наполеона, погубившего республику, а «народного императора» и главного творца национальной славы. Для страны, охваченной реваншистским пылом, то что надо. О настоящем реванше сейчас нечего и думать, но можно хотя бы ощущать себя наследниками великих побед.

А победы-то были не только военными. Наполеон спас страну от хаоса! Образ «спасителя» создается и официальной пропагандой, и многими историками. Жан Тюлар напишет, что Наполеон превратился в «архетип спасителя». Надолго ли?

В 1903 году скончался поляк Винсент Маркевич. Ему было уже за сто, именно его считают последним ветераном Наполеоновских войн. Свидетелей эпохи больше нет. Всего год спустя вместо празднования столетия со дня основания империи Наполеона – шумная кампания в честь заключения «сердечного согласия», союза с главным врагом империи, Британией. Ради «вызовов времени» можно иногда и забывать о символах.