Историки радовались. «Наполеон возвращается!» – заявил летом 2019-го Пьер Бранда. Историки – такой народ. Живут, как правило, в отрыве от реальности. Часто выдают желаемое за действительное. Они готовились к юбилею, они возлагали на него большие надежды.

Президентом страны уже был Эмманюэль Макрон. Которого, по традиции, тоже иногда сравнивают с Наполеоном. Только не будем вспоминать про Брижит Макрон и Жозефину! По крайней мере, Макрон неплохо разбирается в наполеоновской тематике, и в 2017 году он сам «поработал гидом» для американского президента Трампа во Дворце Инвалидов.

Это произошло почти в самом начале его президентства, и общественность внимание обратила. Ведь Макрон стал первым главой государства с конца XIX века (1896), кто посетил могилу Наполеона. С официальным визитом. Сигнал? Многие именно так и подумали.

Вот президент, который гордится нашей историей, не занимается самобичеванием! Что ж, сравнение с тремя предшественниками по части отношения к национальной истории Макрон явно выигрывает, но влиянию политической конъюнктуры подвержен и он.

Нет, Макрон никаких мероприятий, приуроченных к юбилею Наполеона в 2019-м, не отменял. И программу не сокращал. Только странной она была, эта программа. Праздновала, по сути, только Корсика. И если в 1969-м Жорж Помпиду приехал в Аяччо, то Макрон в 2019-м – нет. Президент предпочел отправиться в Прованс, где отмечали семьдесят пятую годовщину высадки здесь союзников во время Второй мировой.

В день рождения Наполеона он благодарил африканских солдат, участвовавших в освобождении Франции. «Без них мы не были бы сегодня свободными гражданами». О Наполеоне, естественно, он не сказал ни слова. Выглядело бы странно. Однако есть вопрос предпочтения, на что сразу же обратили внимание.

На Корсику прибыл глава Сената. Однако прямые включения французских телеканалов в тот день практически все из Прованса. В Аяччо будто происходил какой-то местный праздник… Второе лицо в государстве, Жерар Ларше, выступил с очень короткой речью. Признал, что Республика многим обязана Бонапарту. Мэр Аяччо Лоран Марканжели решил пойти дальше. «Республика сильна тогда, когда она признает всю свою историю. Наша страна не должна стыдиться своих поражений в войнах и не должна сожалеть о тех, в которых она победила».