Но как только он нацелил свой секстан и назвал имя звезды, мостик окатили брызги и сделали его инструмент непригодным для определений места. Он вынужден был передать его вниз и ждать его возвращения из центрального поста, тщательно вытертого и отполированного. Через четверть часа он сдался. «Неточное определение места столь же плохо, как и вообще никакого», — кипел он от злости, исчезая в отверстии люка. Быть может, в вечерних сумерках у него будет еще шанс.

Море, казалось, успокаивается. Как раз перед 11:00, во время вахты второго помощника, на мостик вызвали мичмана. Было похоже, что на короткое время появится солнце. Я передал сообщение в кают-компанию старшин.

«Есть шанс поймать солнце!»

Ответа не было. Мичман наверняка спал. Я поднялся, шатаясь, дошел до следующей двери и потряс его за плечо. ««Есть шанс поймать солнце».

Крихбаум подскочил на койке. «Серьезно?»

«Разумеется».

Все еще с затуманенными глазами он исчез в центральном посту. Через мгновение-другое я увидел, как он карабкается по трапу.

***

ПЯТНИЦА, 63-й ДЕНЬ В МОРЕ. «Это просто собачья жизнь», — такой вердикт вынес Стармех за завтраком.

«Вы знаете», — сказал я Командиру, «наша техника поиска напоминает мне о методе, которым пользуются итальянские рыбаки. Они опускаю большую квадратную сетку в воду, немного выжидают и затем поднимают ее. Их надежда состоит в том, что какая-нибудь достаточно сонная рыба будет стоять на месте, пока не попадется в их сеть».

Стармех укоризненно покачал головой. «Это звучит подозрительно и похоже на критику наших лидеров».

«Типичные пораженческие разговорчики», — объявил Командир, а Стармех добавил: «Мозги на верхушке, вот что требуется. Им надо бы уволить весь Штаб, а вместо них поставить тебя во главе — тогда ты наверняка добьешься успехов».

«А тебя перевести в Морской музей», — удалось мне вставить фразу как раз перед его исчезновением в центральном посту.

***

СУББОТА, 64-й ДЕНЬ В МОРЕ. Было рано — 06:40 — когда с мостика доложили о судне слева по борту. Ветер 8–9 баллов, море 8, видимость очень плохая. Просто чудо, что впередсмотрящие вообще что-то смогли разглядеть в однородном сером мраке. Судно определенно шло без эскорта и производило резкие маневры уклонения.

Нам повезло. U-A находилась в выгодном положении по отношению к темно-серой тени, которая время от времени вырисовывалась над пенящимися волнами, чтобы исчезнуть как по волшебству на целые минуты.

Командир погладил свой подбородок. «Возможно, они думают, что идут быстрее, чем на самом деле — при такой погоде нельзя делать больше четырнадцати узлов. Чтобы оторваться от нас, им надо сильно уклониться в противоположном направлении. Давайте подойдем немного ближе — на фоне облаков нас не будет видно».