Десять минут спустя мы погрузились.

«Приготовиться к стрельбе торпедными аппаратами 1 и 3, одиночными выстрелами».

Я размышлял о том, как Командир собирается атаковать при таком волнении моря. Поставить все на единственный бросок игральных костей?

Командир выдавал параметры для стрельбы сам. Его голос был совершенно лишен эмоций. «Скорость неприятеля четырнадцать узлов. Пеленг один-ноль-ноль. Дистанция тысяча метров».

Старший помощник доложил о готовности торпедных аппаратов таким же бесстрастным тоном. Вдруг Командир выругался и уменьшил скорость, наверное из-за вибрации перископа.

Периодически завывал электромотор перископа. Командир делал все, что возможно, чтобы удерживать в прицеле цель, несмотря на бурное море. Я догадывался, что наша гляделка торчит из воды выше, чем обычно. Риском пренебрегали. Кто на борту торгового судна стал бы подозревать, что в окружающем хаосе скрывается приготовившаяся к атаке подводная лодка? Инструкции и опыт говорили о том, что субмарины считались неспособными выполнять боевые задачи при таких суровых погодных условиях.

Командир сообщил вниз: «Должно быть, не меньше десяти тысяч тонн. У него на носу орудие угрожающего вида. Черт побери эти шквалы!». Затем наступила пауза. «Это нам ничего не даст», — неожиданно сказал он. «Приготовиться к всплытию».

Стармех отреагировал как молния. Первая тяжелая волна ударила нас как следует и послала меня кувырком по центральному посту, но я смог ухватиться за стол для карт.

Командир разрешил мне подняться на мостик.

Повсюду вокруг нас темно-серый занавес дождя висел низко над вздымающимся морем. Судна не было видно нигде. Шквалы дождя поглотили его.

«Берегись!» — предупредил Командир, когда бутылочно-зеленая волна накатилась на нас. Когда она потеряла силу, он прокричал мне в лицо: «Они не могли нас заметить!» Я не мог понять, было ли это утверждение или же благая надежда.

Мы следовали генеральным курсом нашего последнего наблюдения, что означало идти навстречу волнам. Я выдерживал брызги десять минут. Затем я спустился вниз вместе с потоком воды. Стармех вынужден был откачивать воду каждые несколько минут. «Бесполезно», — произнес он через некоторое время. «Мы его потеряли».

Храбро встречая водяные души сверху, я неотрывно смотрел вверх боевой рубки. Рулевым был маленький Бенджамин — славный парень, но сейчас у него была одна задача — удерживать курс лодки. Даже не видя натиска волн, я чувствовал, как они раз за разом отталкивают нос лодки в сторону. Верхний люк был закрыт, поэтому единственным способом коммуникации между мостиком и центральным постом была переговорная труба.