Он замялся, пытаясь сформулировать вопрос, что было весьма необычно наблюдать у человека с таким жестким и волевым характером. Да, при встрече он был насторожен, но после всего происшедшего я от него видел только уважительное отношение.

– Я все смотрю на вас и пытаюсь понять, что вами движет. Вроде у вас есть задание от высших сил помочь семье невинно убитого и оклеветанного полковника Арцеулова. Но я тоже не мальчик, вижу, как вы, отойдя от основной задачи, просто лезете в такие дебри… Да, для меня, для князя, княгини и его дочери ваше вмешательство – как Божье благословение, и без вас мы бы уже все наверняка погибли, но все же зачем? Вы не похожи на альтруиста, и тем более на идеалиста. Наша с вами профессия быстро отучает от таких порывов.

– А зачем вам это надо, Владимир Николаевич? Или есть какие-то сомнения?

– Да нет, никаких сомнений. Что-что, а мне в жизни повезло, и я встречал таких людей, как вы, правда на войне, в мирной жизни такие не могут жить, система их отторгает, высылая в дальние гарнизоны, где они тихо прозябают в безвестности и тихо спиваются. Но мне хочется знать чуть больше, ведь, если мне не изменяет интуиция, нам с вами сейчас многое предстоит пройти. И если ваша идея с секретным стратегическим разведывательным отрядом будет принята, я стану вашим учеником.

– Вас это задевает?

– Вы не поняли. Для меня это честь, высокая честь, и никакие карьерные устремления здесь не играют никакой роли. Просто вы мне интересны как человек.

– Вы уверены, что я человек? Может…

Он усмехнулся.

– Евгений Владимирович, да, вас послали высшие силы, и это не подвергается сомнению. Никем. Тем более ваша решимость, безжалостность впечатляют, но и бросается в глаза, как вы готовы вцепиться в глотку любому за своих людей. Это только люди так могут, не высшие силы, у них там наверху своя логика, своя мораль. Тем более в религии, Господь всегда отправлял своих посланцев, а не вмешивался сам.

– Вы уж меня в мессии-то не записывайте. Я не по тем делам.

– Хм, это станет понятно потом, по свершениям. Кому-то творить добро, а кому-то наказывать за зло. Но все же? Я чувствую, что вас что-то тянет.

Я задумался, как бы ответить. А потом сам того не ожидая, заговорил:

– Я не хочу снова увидеть тех детей…

Он на несколько мгновений замолчал в изумлении, обдумывая мой ответ.

– Каких детей?

Я опустил голову, собираясь с мыслями. Да и услышал шелест платьев, видимо, княгиня с Трояновой возвращались.

– В следующем веке будет открыта технология переливания крови от человека к человеку. Там есть свои нюансы, группы крови, резус-факторы, но не суть важно. Научатся сохранять ее на долгий срок, консервировать.