Элисон взяла Дину за руку, и они пошли по балкону, пробираясь между обеденными столами. Скатерти хлопали в легком бризе, а тарелки покрылись тонким слоем пыли.

В тот день стояла безоблачная погода. Далеко внизу в угасающих сумерках на море темнела громадина острова Пенанг, на юго-востоке лежал Сангеи-Паттани, маленький обитаемый островок, затерянный в океане гевей. Они видели шоссе и железнодорожные ветки, сверкающие в последних лучах солнечного света. Местность под их ногами расстилалась словно карта.

Самолеты снижались, готовясь сбросить бомбы. Сангеи-Паттани был ближайшей целью и принял на себя первый удар. Темный ландшафт пронизали вспышки пламени, расположенные рядом, прямыми рядами, как яркие стежки на черной ткани.

Они обошли веранду кругом, прикасаясь к скатертям и покрытым пылью тарелкам. Появилось еще одно облако из самолетов, бомбардировщики опустились над портом Батерворта. Вдруг над побережьем вздыбился столб оранжевого пламени, на сотни футов в высоту, взрыв был такой мощи, что и сам походил на гору.

— Боже мой! — Элисон бросилась к Дину. — Они попали в нефтяные цистерны Батерворта.

Она прижалась лицом к груди Дину, схватив его за рубашку, сжимая ткань в кулаках.

— Как раз вчера я проезжала мимо них.

Дину крепко ее обнял.

— Элисон, ты так и не рассказала мне, зачем ты ездила…

Она вытерла лицо о его рубашку и отодвинулась.

— Дай мне сигарету.

Дину прикурил сигарету и вставил ее между губами Элисон.

— И?

— Я ездила к врачу, Дину, к тому, который меня не знает.

— Зачем?

— Я думала, что беременна.

— И?

— Я не беременна.

— Я если бы была, Элисон, — тихо спросил Дину, — ты бы хотела, чтобы это был ребенок Арджуна?

— Нет, — она обвила его руками, и Дину ощущал, как она рыдает, уткнувшись в его рубашку.