«Наружность обманчива. Курицу цени на блюде, — думал доктор Бадма. — Кто бы подумал, что господин Мукумбаев запросто встречается с Муссолини и Мосли, внимает их изуверским речам, впитывает, как губка, их догмы и является проводником их фашистских взглядов на Востоке. Мукумбаев не просто приказчик империалистов, он сам идеолог империализма».

На эмирском диване Юсуф Мукумбаев вел себя скромно, почти не вмешиваясь в обсуждение. Но он не скрывал брезгливого отношения к мулле Ибадулле Муфти, к его кликушеским возгласам и выкрикам, фанатическим заявлениям. Он знал, очевидно, что мулла Ибадулла за глаза прозвал его Юсуфом-Фараоном, очевидно, по аналогии с библейским Юсуфом-Иосифом, поднявшимся от раба до первого министра. Прозвище прилипло прочно. Господина полномочного министра Юсуфа Мукумбаева боялись. Его влиянию, его богатству, его независимости завидовали.

И надо ли говорить, что доктор Бадма не без внутренней тревоги ждал знакомства с Юсуфом-Фараоном.

А Юсуф Мукумбаев говорил спокойно и мягко:

— Ваше высочество, о преследованиях, которым подвергают мусульман, пишут газеты от имени Бюро мусульманской фракции в Париже и Мусульманского центра в Калькутте. Но редактор калькуттской газеты «Хаблюль Матин» предупреждает: «Наше издание на фарсидском языке, и наши читатели — серьезные люди. Всякие выдумки читать не хотят». Что-де говорить об арабских читателях египетского журнала «Миср»? Египтяне издавна питают уважение к русским. А господин Мустафа Чокаев заявил при встрече — мне пришлось на этот раз ехать через Турцию, — что бред, сочиненный корреспондентом Курширматом, не нужен газете «Ени Туркестан». Курширмат неосторожно рекламирует свои отношения с английскими властями Индии и компрометирует и себя, и дело великого Турана.

Помрачневшее лицо Алимхана повернулось к говорившему.

«Мог бы и повежливее. Спина не переломилась бы. Все же здесь диван», — нервничал эмир. Но спорить он не хотел и примирительно заговорил:

— Хорошо… бухарское письмо, однако, правдиво… Надо напечатать в европейских газетах… Мир должен знать…

Мунши прочел вслух еще одно письмо. У присутствующих оно вызвало вздохи.

«Юношество в Советском Туркестане от советских учебников впадает в неверие и соблазны, — писали из Бухары. — Надо в Индии построить медресе, собрать в подходящем месте мудрых толкователей корана и послать к ним на выучку молодых людей, дабы воспитать их в ненависти к Советам».

«Юношество в Советском Туркестане от советских учебников впадает в неверие и соблазны, — писали из Бухары. — Надо в Индии построить медресе, собрать в подходящем месте мудрых толкователей корана и послать к ним на выучку молодых людей, дабы воспитать их в ненависти к Советам».