Машина ехала по бездорожью, размытому летним дождём. Грязь огромными пластами налипала на колеса и затрудняла движение. Дальше выехали на грунтовую дорогу и взяли курс на старый маяк.

Путь был долгим. Но вот вахтовку перестало подкидывать. Дверь распахнулась и перед туристами открылся потрясающий вид на Авачинскую бухту. Цветовое сочетание изумрудной травы и темно-синей воды океана давало потрясающий эффект свежести, кристальной чистоты и прохлады. Океанический ветер приносил с собой соленые ноты, успокаивал душу.

«Неужели я это вижу собственными глазами?» — думал Сашка.

Магия природы и ее дикая, первозданная красота заставили всю группу на некоторое время замолчать и погрузиться в атмосферу полного умиротворения. Возле черно-белого маяка летали и кричали птицы, стояли старенькие, поросшие мхом деревянные строения, по-видимому, ранее производственного назначения.

Сашка посмотрел вниз со скалы: темно-синие волны с белыми гребешками облизывали подножье мыса. Он вдохнул полной грудью морской воздух до коликов в легких и выдохнул все переживания и тревогу, которые мучали последнее время.

Линия горизонта размывалась, не видно было, где заканчивается океан и где начинается небо. Хотелось стать птицей, расправить крылья и полететь над бескрайней синей гладью. Царили уединение и безмятежность, забывались плохие новости, которыми пестрили последнее время чаты в Telegram. Только человек, ветер и плеск волн.

— Здесь можно было бы снять какой-нибудь приключенческий фильм, такой же, как «Властелин колец». Похожие пейзажи, — сказал Илья. — Я сейчас себя чувствую актером этого фильма, настолько грандиозные виды и величие природы!

Он запустил дрон и начал снимать мыс с высоты, спустил его к воде и заснял вальяжный полёт тихоокеанских чаек. Подлетел к скалам «Три брата», Илья показал на экране:

— Смотрите, на среднем кекуре можно рассмотреть лицо: вот брови, глаза, нос, рот…

Все склонились над экраном. Точно!

— Будто хозяин этой бухты наблюдает за нами, чтобы мы не забывали, что в гостях, — задумчиво протянул вулканолог Володя.

Вдали виднелись белые шапки вулканов.

— Неужели ещё вчера мы были на вершине Авачи! — восхищался кто-то позади Сашки.

— Я бы ещё раз поднялся на вулкан. Но уже повыше. Теперь опыт есть! — сказал Сашка с восторгом.

— Выше только Ключевская сопка, самый высокий вулкан в Евразии, — Андрей смотрел на горизонт. — У нас туда тур через два месяца, в конце августа. Если хотите, можете присоединиться к нашей группе. По-моему, осталось есть несколько мест.

— Обязательно забронирую еще один тур! Эмоции незабываемые! — кивнул Сашка, щелкая фотоаппаратом.

На вершине мыса присутствующие погрузились в молчание и предались природной психотерапии. Некоторое время спустя гид Андрей позвал переместиться на мыс Вертикальный.

Последним пунктом и привалом группы в поездке стал Халактырский пляж.

***

Сашка снял ботинки и носки, закатал штанины, прошёлся по чёрному вулканическому песку и зашёл в воду по щиколотку. Океан омывал его уставшие ступни. После того, как ноги провели несколько дней в тёплых ботинках, прохладная вода океана казалась бальзамом. Он смотрел, как волны накатываются друг на друга, отчего немного кружилась голова и терялось равновесие. Солнце заходило, окрашивая океан и вулканы вдалеке в розовый цвет. Компания разводила на берегу костёр.

— Сегодня на ужин уха с дымком из тихоокеанского лосося! — сказал восторженно Андрей. — Рыбу любезно предоставил водитель вахтовки.

Сашка обернулся к разбитому лагерю. Мужчины чистили картошку и лук, ставили кипятить чай.

«Завтра вылет в Новосибирск. Домой. И снова жизнь закрутится в круговерти дел и забот… Ой, а камень-то на вулкане я забыл найти для Насти», — вспомнил Сашка.

Глава 26. Сезон ныряльщиков

Глава 26. Сезон ныряльщиков

Квартира после долгого отсутствия казалась чужой: кухня как будто уменьшилась в размерах, коридор, наоборот, раньше не казался таким широким. В гостиной на журнальном столике стояла забытая пустая кружка из-под выпитого три недели назад кофе. В том же положении на диване лежал открытый на первых страницах «Российский нейрохирургический журнал имени профессора А. Л. Поленова», который Артём читал в ожидании такси в аэропорт, откуда он улетел в Берлин.

«Квартира будто моя и не моя одновременно», — думал молодой врач.

Так бывает после долгого отсутствия.

Он ещё постоял немного посреди гостиной, привыкая и осматриваясь. Потом нарисовал пальцем смайлик на пыльном экране телевизора и вернулся к гардеробной, снять ветровку. Хорошо, соседи не затопили, воры не обнесли.

Поездка прошла продуктивно, он попрактиковался и привёз много материалов для изучения. Сегодня ещё один выходной перед обычными врачебными буднями. Есть время разобрать чемодан, постирать вещи и приготовить обед на завтра. Артём включил робот-пылесос и отправил прибираться, заказал доставку продуктов, щелкнул пультом на телевизор, чтобы было не так одиноко, и принялся вытаскивать джинсы, футболки, шорты, компьютер из чемодана. Добрался до тетрадей и исписанных на занятиях в Германии блокнотов, полистал, вспомнил лекции. Снова ощутил себя студентом, как десять лет назад.

Сел возле чемодана и откинулся спиной на стену. Вспомнил свою первую операцию, когда учился на третьем курсе. Он приходил в больницу на добровольных началах, чтобы посмотреть, как работают профессионалы, уже состоявшиеся хирурги, и даже иногда ассистировал им. Через год практики уже знал — где резать, что удалять и как зашивать. Неудивительно, что однажды хирург, которому он помогал, сказал: «Артём. Ты готов к своей первой операции. Сегодня я буду твоим ассистентом».

***

Руки тряслись, ноги стали как будто ватные. Все знания и опыт, казалось, испарились из головы, и он никогда раньше не был в операционной.

Дмитрий Иванович Веснин, опытный хирург, посмотрел на него из-под медицинской маски и кивнул — начинай.

Мужчина, который лежал на операционном столе, ввязался в драку, ему здорово досталось по голове. Компьютерная томография показала у него субдуральную гематому. Скорая помощь привезла его уже в коме.

Артём с помощью коловорота снял часть черепа пациента. Когда он взялся за скальпель, волнение ушло, пришла уверенность в своих действиях: он не раз ассистировал на таких операциях и знал, что делать.

Вскрыл твёрдую мозговую оболочку и удалил гематому. Но началось фонтанирующее кровотечение. Артем чувствовал, как земля уходит из-под ног и как сердце стучит в ушах. Он поднял испуганные глаза на Веснина.

— Спокойно, Артём. Ищи источник кровоизлияния.

Начал искать.

— Вот этот артериальный сосуд на поверхности мозга.

Веснин кивнул. Юный нейрохирург остановил кровотечение, выдохнул и начал уверенно зашивать. В тот день он сказал себе мысленно: «Ты смог! Ты — настоящий хирург! Сделал первую операцию сам!».

Вечером он был в приподнятом настроении, очень гордился собой, ведь все получилось идеально! Ему не терпелось, чтобы наступил следующий день. Он представлял, как заходит в палату и расспрашивает благодарного пациента о самочувствии.

На следующий день пришёл в больницу и зашёл в ординаторскую, чтобы переодеться. Там его ждал дежуривший врач.

— Доброе утро, Артём! Пиши посмертный эпикриз.

Сердце упало в ноги. На лице замерло недоумение. Вся вера в себя испарилась за секунду. Как такое могло произойти? Ведь операция прошла успешно.

— Я убил человека?

— Шутка! — засмеялся дежурный врач. — Привыкай к чёрному юмору хирургов, без него никак!

— Игорь Петрович, ну зачем же вы так! — Артём налил стакан воды, пил, потом пытался продышаться.

В ординаторскую позвонили. Опытный хирург поговорил с медсестрой и положил трубку.

— Вот теперь не до шуток. Пациент всё-таки не выходит из комы. Идём, посмотрим результаты контрольной компьютерной томографии.

Молоденький Артём бежал вприпрыжку рядом с Игорем Петровичем и про себя просил высшие силы, чтобы бедолагу, которого он оперировал, откачали.

Коллега смотрел на черно-белый снимок.

— Смотри, у него появилось новое кровоизлияние, новая гематома. Что ж, Артём, похоже твой первый блин в коме, — улыбнулся Игорь Петрович.

На лбу у новоиспечённого хирурга появилась испарина.

— Вы ещё можете шутить в такой ситуации, — совсем поник Артём.

— Чёрный юмор! — хохотнул врач. — Медсестра, готовьте операционную. Будем исправлять.

На следующий день начинающий врач первым делом поспешил к палате пациента, чтобы лично убедиться, что мужчина живой. Заглянул в приоткрытую дверь: он наворачивал макароны с мясом. Наверное, проголодался, пока был двое суток в отключке. Артём выдохнул и поплёлся в ординаторскую.

Все было как вчера. Сейчас эта ситуация у него вызывала улыбку. Но тогда это было мощнейшим стрессом и настоящим испытанием.

Зазвонил мобильный. С работы.

***

— Артём Николаевич, добрый день! Беспокоит отдел кадров. Вы вернулись из-за границы?

— Добрый день, да, сегодня прилетел.

— Завтра у вас рабочий день. Не забудьте занести нам заполненный отчёт о командировке, нам нужно прикрепить к документации.

— Хорошо, занесу.

Артём скинул звонок и принялся готовить обед на завтра — запечённую форель со стручковой фасолью. Пока он нарезал рыбу, снова зазвонил мобильный. Макс. Артём нажал кнопку громкой связи, чтобы не держать телефон в руках.