– Мы все, – уточнила мисс Лич. – Мы все добиваемся своих целей.

Беверли услышала странный шорох, а потом Седрик сказал что-то очень тихо, а голос Сесилии, напротив, зазвучал громче:

– Так, а что же вы думаете о сегодняшнем приеме?

– Неплохо, но его мрачность навеяла на меня тоску, – скучающим голосом ответил Седрик.

Беверли слышала, как отворилась дверь в другую комнату, а потом торопливые шаги. Кто-то покинул гостиную Сесилии. Похоже, и ей самой пора было удалиться. Она тихо развернулась и медленно зашагала по коридору, но ускользнуть так и не успела.

– Добрый вечер! – сладко пропел Седрик, расплываясь в улыбке. Беверли не видела этого, но не расслышать его оскал было невозможно. Девушка осторожно повернулась, напоминая себе, что сейчас перед придворным магом никто иной как Фиби.

– Господин, – Беверли сложила руки в области юбки и покорно опустила глаза.

– И что же ты тут делаешь? – спросил он.

– Шла из прачечной, – соврала девушка, ощущая, как по телу, начиная от шеи, разливается жар.

– Она же врет! – презрительно хмыкнула вышедшая вслед за магом мисс Лич.

– И где же ваша корзина? – забавляясь, уточнил Седрик.

– Я относила белье и оставила ее там, – неуверенно ответила девушка. Она нутром чувствовала, что попалась.

Седрик подошел ближе и хищно повел носом, еще радостнее улыбаясь.

– Кого вы пытаетесь обмануть, мисс Монгроув? – маг провел ладонью перед лицом Беверли, и она почувствовала легкий холодок. Видимо заклятье Сайруса пало.

– Господи! – не удержалась от возгласа Сесилия. – Да вы просто не убиваемы!

– Да, мисс Беверли, вы умеете удивить! – Седрика не волновало и не пугало ее появление, а наоборот весьма радовало.

– Вы убьете меня? – бесстрашно спросила Беверли, сожалея лишь о том, что не сможет рассказать Сайрусу о планах этих двоих.

– Нет, – ответил маг, вызвав протест со стороны мисс Лич.

– Но она же все слышала!

– Это совсем неважно, ведь она не сможет никому передать, то, что узнала, – усмехнулся Седрик. – А я ведь так надеялся, что вы больше не сунетесь в это дело, мисс Монгроув. – Он провел пальцем по ее щеке. – И что же мне с вами делать, неугомонная вы наша?