Сердце Беверли упало в пропасть, и девушка непроизвольно схватилась за горло, понимая, что из этой переделки ей уже не выпутаться.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ, В КОТОРОЙ ЛОВУШКА ЗАХЛОПЫВАЕТСЯ…

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ, В КОТОРОЙ ЛОВУШКА ЗАХЛОПЫВАЕТСЯ…

– Мисс Лич, вы не оставите нас? – Седрик повернулся к пылающей негодованием девушке и та, состроив недовольную мину, зашагала прочь, задев плечом Беверли.

Придворный маг дождался, пока она не исчезнет за поворотом и, убедившись, что за ними никто не наблюдает, повернулся к стене. Он пошевелил пальцами правой руки так, словно растер что-то на ладони, а потом сдул свое колдовство. В стене образовался проем.

– Прошу вас, мисс Монгроув, – Развернулся он, приглашая девушку.

– Что это? – Беверли подозрительно прищурилась, а потом бросила взгляд в сторону, прикидывая, успеет ли убежать.

– Даже не пытайтесь. Я вмиг свяжу вас заклинанием, и наше общение перестанет быть таким приятным, – заверил ее Седрик.

Девушке захотелось сказать что-то колкое, но она поостереглась. Она шагнула в темный коридор и после того, как маг последовал за ней, проем за спиной закрылся.

– Прошу сюда, – мужчина уверенно зашагал в полумраке. Беверли испугалась, что спустя еще пару шагов не сможет его разглядеть, но Седрик взмахнул рукой и слабый огонек замерцал на пальцах.

Девушка, вдруг, вспомнила, как ярко сияет Нут Сайруса. Даже, когда ему приходилось собственными силами поддерживать жизнь в принце, постоянно удерживать чужие лица поверх своего, он был сильнее Седрика. Хотя, она не могла быть в этом полностью уверена. Они шли по ветвистой сети коридоров за основными стенами замка, но это не были тайные ходы, по которым двигались Амир и Филипп в юности. В конце концов, Седрик вывел ее в каменную коробку, которая показалась ей знакомой. Это был большой зал с факелами на стене, очень похожий на тот, в котором она впервые увидела Седрика, в воспоминаниях Амира. Только сейчас стены уже не были пустынными, да и мебели здесь явно прибавилось.

– Где мы? – спросила Беверли, рассматривая стол, заваленный свитками.

– Это мое магическое убежище.

Девушка перевела взгляд на стену и увидела портрет. Вся королевская семья, за исключением Филиппа, и придворный маг. Седрик держался гордо, его красивый ровный нос был слегка задран, словно он хотел кому-то что-то доказать. Смотрите мол, я тоже среди них. Сердце сжалось. Он улыбался, но улыбка выглядела скорее, как торжествующий оскал. Внешность придворного мага была довольно привлекательной, что могло, наверное, сбить с толку и создать ложное о нем впечатление. В голове девушки промелькнула мысль о том, что, несмотря на то, что Амира считали предателем, портрет с его лицом висел в одном из коридоров замка. Возможно, подсознательно король понимал, что ошибся?