– Ваше величество?! – тихо позвал Седрик. – Что-то не так?

– Я хотел посмотреть в глаза тому, кто так дерзко проник в мою казну, – голос короля прозвучал хрипло, поэтому ему пришлось дважды прочистить горло.

– Еще секунда и вы сможете озвучить обвинения и приговор, – излишне пафосно поклонился маг. – И возможно не забудете, кто подарил вам эту радость.

Беверли замутило от такого откровенного заискивания. Она внимательнее присмотрелась к Седрику и, наконец, явно увидела, что он буквально дрожит в присутствии короля. Его глаза блестели лихорадочным блеском, а пальцы тряслись, как у старика. Выглядело все это, по меньшей мере, неприятно. Как ни странно, несмотря на зелье, которое должно было подавлять волю Джекоби, он все равно смотрел на Седрика свысока, с некой долей презрения. Неужели придворный маг этого не видел? Или предпочитал не замечать?

Король, словно опомнившись, выпустил руки Сайруса и отступил. Беверли видела, какую боль эта встреча принесла ее любимому. Сайрус крепко сжал зубы, скулы напряглись. Девушка ощутила боль в ладони от того, как сильно он стиснул ее пальцы. Если бы только король знал, кто стоит перед ним, если бы мог осознать все то, что Амир сделал для его сына, для всего Кармифола. Одинокая слеза скатилась по щеке девушки. Она даже не представляла себе, насколько ранит эта встреча ее любимого мужчину. Она видела двух магов, достаточно сильных, чтобы стать «придворным», но с абсолютно разными целями. Седрик, не заслуженно занимал этот пост, самовлюбленно жаждущий признания заслуг, которых нет и Амир, в полной мере заслуживающий всевозможных почестей, но страстно жаждущий лишь справедливости. Он не искал благосклонности Джекоби и его снисхождения, он желал вернуть семью, которая у него когда-то была.

Король вернулся к своему трону и одним движением руки заглушил гомон, образовавшийся в зале. Люди замерли, ожидая приговора.

– Сайрус Баркли! – голос правителя Кармифола прозвучал ровно, но на лице все еще отражались чувства. – Вы обвиняетесь в многочисленных преступлениях перед короной: воровстве, мошенничестве, пособничестве другим преступникам и неправомерном использовании магии, в том числе темной. – Пока его величество оглашал приговор, в зале стояла гробовая тишина. Беверли ощутила, как ее ноги подкосились, когда Джекоби Крайм перевел свой тяжелый взгляд на нее. – Беверли Монгроув! Вы обвиняетесь в многочисленных преступлениях перед короной: воровстве, мошенничестве, непристойном поведении и пособничестве в неправомерном использовании магии, в том числе темной.