Сайрус крепче перехватил ее руку, подбадривая, но скрыться от всех этих взглядов было невозможно. Они стояли посреди зала наполненного людьми, которые некогда знали ее саму и ее семью. Даже зная, что она не виновна в той мере, в которой это все представлено, Беверли не ощущала облегчения. Её матушка все же вложила в нее хоть крупицу страха перед общественным мнением.

– Вам обоим дадут право последнего слова, а после этого сопроводят к месту казни через повешение, – глубокий грудной возглас прозвучал со стороны придворного мага. – Вы желаете что-нибудь сказать?

Беверли и Сайрус переглянулись, и мужчина сделал шаг вперед, давая понять, что ему есть, что сказать. По лицу Седрика пробежала тень, но он взял себя в руки.

– Ваше величество, могу я узнать, свод законов, подписанный вами двадцать пять лет назад, все еще в силе? – громко и уверенно произнес Сайрус.

– Да, – ответил король, прищуриваясь и наклоняя голову. Вопрос заключенного явно вызвал интерес. – Свод законов не менялся все это время.

– Тогда согласно ему, а именно пункту за номером девяносто восемь, если память не изменяет мне, я имею право вызвать своего обвинителя на магическую битву, если считаю его лжецом и предателем. – В зале тут же стало шумно. – Конечно, господин придворный маг оставляет за собой право отказаться, но битва призвана доказать, что я не прав.

Беверли с замиранием сердца следила за реакцией королевской семьи и с радостью отметила, что их план заинтересовал Джекоби Крайма, который повернулся к кому-то среди гостей. Девушка присмотрелась и заметила невысокого рыжеволосого мужчину с россыпью веснушек на носу, он что-то сказал королю и тот кивнул в ответ. Принцесса Синтия с надеждой смотрела на Сайруса, а вот лицо Седрика отражало несметное количество эмоций. Он понимал, что отказаться – означает пасть в глазах его величества. На это Беверли и надеялась. Но, безусловно, он опасался. Придворный маг откровенно боялся Амира, как в прошлые годы, так и сейчас. Он бросал взгляды на ошейник хронов и надеялся, что король не велит его снять.

– Ваш ответ, придворный маг? – Тот факт, что король не называл его по имени, заставил Беверли испытать первый росток жалости. – Согласны ли вы позабавить нас неким представлением…, демонстрацией ваших магических возможностей, о которых вы любите рассказывать?

– Конечно, я согласен, – голос Седрика прозвучал совсем тихо и буквально утонул во всеобщем гомоне. Люди были ужасно воодушевлены таким поворотом событий. Не каждый день можно увидеть собственными глазами битву двух магов.