– Тогда пишите сейчас. Вот вам ручка… Стоп, техник Галыга! Не надо совершать преступление. Как же вы могли вчера по форме обслуживать вертолет, если он согласно записи в бортжурнале летал полный рабочий день?.. На самом деле, товарищ командир, вы летали или техник занимался профилактикой?

– Работу могут подтвердить заказчики.

– Значит, летали… Товарищ Галыга, мне нужно идти проверять машину?

– Нет, товарищ инспектор, будем делать форму пятьдесят.

* * *

Воеводин одиноко сидел в домике, не реагируя на возбужденные голоса за дверью, на звук отъехавшей автомашины, на телефон, трещавший без умолку. Только один раз снял трубку и ответил:

– Не раньше чем через три часа. – Нажал рычаг, прервав на полуслове возмущенный бас.

Не менее трех часов понадобится технику на профилактику. Плюс время туда и обратно, а пастух с переломанной ногой будет метаться на полу берестяной куваксы36, потом в вертолете. Залить йодом, положить в самодельную шинку и забинтовать ногу – вот все, чем могут помочь товарищу оленеводы. Кожа воспаляется, набухает, боль режет, огонь разливается по телу, горячее дыхание и проклятья вырываются из почерневшего рта…

Вздрогнув, Воеводин помотал головой, отгоняя видение, и, повернувшись, увидел перед собой большеголового человечка в квадратных очках. Очки были так близко, что в них, как в зеркале, отражалось лицо Воеводина.

– Вы почему запретили полет, инспектор? Я подписываю вам акты, плачу деньги! В мое распоряжение дан вертолет, и я им командую! Извольте немедленно отменить указание! Или я порву договор и выгоню ваш экипаж с рудника!

– Кто вы такой?

– Что-о?

– Представьтесь, пожалуйста.

– Заместитель директора по хозяйственной части. Главный представитель заказчика! Задание на полет поступило из райкома партии. Понимаете? Вы, педант, уцепились за букву инструкции и плюете на человеческую жизнь! Будьте человеком, инспектор! Всегда возможны исключения! Лёту здесь всего каких-нибудь полтора часа!

– Сколько секунд в полутора часах? А если одна из них для экипажа, будет черной? Не понимаете?.. На моих глазах из-за мелких неисправностей падали с неба машины, и не всегда чудо спасало людей. Вы гарантируете чудо?

– Я гарантирую вам большие неприятности по служебной и партийной линии.

– Благодарю!.. Извините, здесь душно, я выйду на воздух.

– Минуточку! – Выше головы заместителя директора появились еще одни очки. – Я журналист из «Полярной правды».

– Приятно познакомиться.

– Представьте, инспектор, миллионы людей прочтут статью о несчастном случае. Куда будете прятаться?