– И все же полковник Тейлор планирует налет? Он собирается продолжать боевые действия?

– Мы подозреваем, что он это делает по своей инициативе. Насколько мы знаем, Вашингтон не давал никаких указаний. – Он повернулся спиной к портрету мертвого героя. – Следи за ним, Виктор Сергеевич. Следи за ним внимательно.

– Будет исполнено, товарищ генерал.

– Отвечай на его вопросы. И держи меня в курсе дел.

– Он хочет совершить налет на Баку? На японский штаб?

Иванов задумчиво улыбнулся:

– Да, японский штаб. Конечно, и ты, и я помним, когда все было по-другому…

– Конечно.

Иванов стоял спиной к портрету старого царского генерала и смотрел прямо перед собой.

– Я всегда любил Баку, ты ведь знаешь. Нет-нет, не азербайджанцев. Они просто животные. Но мне нравилось, что там тепло, мне это по-настоящему нравилось. Там было хорошо, когда мы вместе служили там, Виктор Сергеевич, но было еще лучше, когда мы стояли там с войсками повторного захвата. Я был тогда еще молодым капитаном. – Едва заметная улыбка появилась на лице генерала. – Старый Баку. Он переходил из рук в руки столько раз за последние столетия. Персы. Затем мы. А затем опять персы. И так далее. Даже англичане там на минуточку побывали. – Иванов в изумлении покачал головой. – И кто знает, возможно, он однажды опять перейдет в другие руки? Это все превратности судьбы, которые иностранцы никак по-настоящему не могут понять. Но сейчас наши дела обстоят плохо. Такое случалось и раньше. Монголы, татары, персы, поляки, литовцы, немцы. И все другие забытые имена забытых народов, которые прошли по земле России и остались только на страницах книг по истории, которые никто не читал. Возможно, великая Россия должна на какое-то время стать слабее для того, чтобы потом опять стать великой. – Иванов посмотрел на потертый ковер кавказской работы, который всегда лежал под его письменным столом, куда бы его ни заносила судьба. – Мы должны постараться сохранить веру, Виктор Сергеевич. Мы должны попытаться сохранить нашу веру.

Несмотря на всю серьезность этих слов, легкая улыбка вновь появилась на лице генерала:

– Ковер, на котором ты стоишь, я купил в Баку. Еще давно, когда мне приходилось считать каждую копейку. Ты знаешь, я тогда был откомандирован в МВД, и я был очень рад, что у меня есть работа. Очень многие мои друзья сняли тогда военную форму навсегда. Это было, конечно, до того, как мы начали послегорбачевскую реформу армии.

Козлов знал эту историю из биографии Иванова. Он всегда старался узнать как можно больше о своих начальниках. Но сейчас он не подал вида.