Его втащили внутрь — и тут же Николай почувствовал запах жареного мяса. Воняло и здесь — но не так сильно, запах жареного мяса перебивал все остальные запахи. Вероятно, он был слишком голоден, чтобы обращать внимание на что-то другое.

Коридор здесь был выкрашен краской того же цвета — но он был короче и в нем была только одна дверь. Ее открыли, втащили его внутрь, и он оказался в большой комнате, размером не меньше сотни квадратов, почти зал. Комната была приспособлена для проживания или хотя бы временного пребывания одного правоверного. Единственными предметами мебели были стол и два стула, причем Николай догадался, что их притащили специально для него. В одном углу был ковер, раскатанный на полу, мелом на стене была метка — кибла направление в сторону Мекки для молитвы. В другом углу — был армейский НАТОвский спальник и какие-то свернутые рулоны, тоже ковры, видимо. Там же стоял автомат Калашникова, новенький, черный, сто третьей модели, ухоженный — возможно, наш, возможно болгарский — болгары поставляли оружие в Ливию. На нем же был подствольный гранатомет, НАТОвского стандарта, тоже болгарский, с переходником под АК. А оттуда и до противоположного угла — вся стена до потолка была заставлена большими коробками, в которых могло быть оружие, а могло быть и что-то иное.

За столом, уже заставленным блюдами с мясом и рисом сидел человек — коренастый, лет пятидесяти. Толстый, но не жирный — такими бывают спортсмены, которые занимались рукопашкой, но потом бросили спорт и не соблюдали меры в еде. Он тоже был бородатым — короткая, окладистая борода с проседью. Местные так бороду не носят — они либо не носят ее вообще, что харам, либо просто позволяют ей расти до пупа. Этот же — за бородой ухаживал. Явно не рядовой бандит и не мулла — полевой командир, причем серьезный.

Он сделал жест — и Николая подтащили к столу и посадили на стул. Развязали руки.

— Help yourself… — сказал бандит, его манера говорить показалась Николаю смутно знакомой. Как будто камешки во рту перекатываются во время разговора.

— Thank you, sir. Thank you! — Николай решил не показывать, что он знает какой-либо другой язык, а так же знает правила, какими на Востоке следует сопровождать прием пищи. Например, если ты не знаешь дуа, которое положено произнести перед приемом пищи — следует сказать короткое «Бисмилля» и лишь потом приниматься за еду. Ни в коем случае нельзя есть левой рукой, эта рука используется для… санитарно-гигиенических надобностей и потому считается нечистой. Вне зависимости от того, левша ты или правша — использовать левую руку для каких либо нужд во время еды это все равно, что плюнуть в общее блюдо. Тем более, что на Востоке часто едят из одного большого блюда…