«Московский переулок на своем протяжении дважды меняет название, трижды направление и один раз пересекает сам себя.»

«Московский переулок на своем протяжении дважды меняет название, трижды направление и один раз пересекает сам себя.»

В своём времени я много раз бывал в этих местах. Да и теперь работал рядом. Но я ощущал себя путешественником, попавшим в незнакомый горный массив.

Строения тут были разные — двухэтажные особняки в разной степени обшарпанности, между которыми громоздились многоэтажные доходные дома.

Но на то я и большевик, чтобы преодолевать любые трудности. Благо, я вышел заранее — так что к месту под названием Собачья площадь я вышел вовремя. Пейзаж был чисто московский, коробящий дух питерца — вокруг громоздись дома разной степени этажности.

Вот к одному из крупных домов, имевшихся на заднем плане, я и направился. Там поднялся на второй этаж и постучал в дверь. Её мне открыл мрачный плечистый молодой человек среднеазиатского вида в хорошем костюме. Судя по его глазам, он имел под пиджаком пистолет, да и без оружия этот парень явно много чего умел.

— Я Американец. Меня пригласили в гости.

— «Привратник» кивнул и сделал приглашающий жест рукой.

В это место я пошел по просьбе Дзержинского. Он сказал:

— Сергей, у меня к тебе личная просьба. Сходи, поговори с господами из Бухары. Подскажи им, если что… Это не наши люди, но с ними можно иметь дело.

Итак, я вошел в гостиную, которая была обставлена в духе среднезажиточных мещан конца XIX века. Так, возле стены громоздился громадный буфет, напоминающий готический собор. Я видел подобный в моём времени, в мебельной комиссионке. Правда, тот был на пару калибров поменьше. Но и у того дверцы были чуть не два сантиметра толщиной.

За столь же массивным столом сидели двое людей, которые в эту обстановку никак не списывались. Это были ребята тоже явно из Средней Азии. Но на них красовались очень хорошо сшитые дорогие английские костюмы[141] — то есть, одежда солидных европейских деловых людей. Такие прикиды в столице Советской России в данное время никто не носил. Старые бизнесмены разбежались, новые, нэпманы, пока не появились.

Стол был накрыт богато, имелось хорошее вино и даже водка и французский коньяк. А вот ничего узбекского на нём не наблюдалось. Что, впрочем, и понятно — попробовал бы кто-нибудь изготовить узбекский плов в нынешней Москве. Да и хозяева явно были склонны к космополитизму.

Церемонии приветствия особо не затянулись. Господа явно демонстрировали, что предпочитают европейский деловой стиль. По-русски, кстати, они говорили великолепно, без какого-либо акцента. Что тоже понятно. В университетах Российской империи некоторые ограничения были только для евреев. А остальные, если есть деньги — так учитесь сколько угодно! А у этих ребят деньги явно были.