Между прочим, узбеки вполне пили вино.

За разговором выяснилось, кто они такие. Эти люди принадлежали к течению, которые называли себя младобухарцами.

Дело-то в чём? Бухарский эмират был присоединен к России в качестве вассала. То есть, эмир подчинялся Белому царю, а вот внутри царили нравы, которые немногим отличались от того, что было описано В. Соловьевым в «Повести о Ходже Насреддине».

Сейчас там рулил эмир Сейид Мир Мохаммед Алим-хан. В моем родном городе он построил на Петроградской стороне красивую мечеть и дом, который и в моё время звали как «дом эмира бухарского»[142].

Вступив на трон, эмир попытался исправить некоторые особо душевные восточные традиции: запретил официально брать взятки и использовать налоги в личных целях. Но то ли это ему быстро надоело, то ли ему намекнули: ведь можно и пловом отравиться… В общем, всё пошло как шло.

Перед войной в Бухаре появилось течение «млалобухарцев». Это были представители местных деловых кругов, которые считали: пора бы расставаться с тяжким наследием средневековья и воспринять некоторые европейские обычаи. Я подозревал, что главным тут был вопрос с банковским делом. Ростовщичество прямо запрещено Кораном. Так что коммерческим банкам в таких странах функционировать было трудно. Конечно, выкручивались, но хотелось снять ограничения.

А тут в России случилась революция, затем в Среднюю Азию пришел веселый товарищ Слащов, который продемонстрировал: большевики шутить не станут. Эмир стал вооружаться. Англы, продававшие оружие, требовали наличных. Откуда взять деньги? Правильно — повышать налоги. Кроме того, эмир от большого ума запретил торговлю с соседними территориями, где было Советская власть. А Бухара-то веками являлась региональным центром торговли и ремесел.

В общем, младобухарцы хотели договориться с Кремлем. Они явно были в курсе про надвигавшийся нэп, так что надеялись на лучшее. Насколько я понял из разговора, чекисты разделили сферы влияния. Советские власти будут работать на провинцию. Типа «земля декханам», а младобухарцы — станут обрабатывать столицу. Так что от меня требовалась консультация.

— Господа. Вот хотелось бы знать: многие ли из представителей вашего движения ориентируются на Англию?

Собеседники засмущались от такого лобового вопроса, потом один из них ответил:

— Да, среди нас было много людей английской ориентации. Но мы к ним никогда не принадлежали. К тому же, мы имеем связи в Персии и Афганистане. И прекрасно знаем, что там положение англичан не самое лучшее. Так что они явно не смогут нам помочь.