Сказать, что слова Ардатова вызвали сильное удивление среди членов военного совета, значит не сказать ничего. Почти все присутствующие считали, что операцией будет командовать сам Михаил Дмитриевич и в глубине души сочувствовали Горчакову, ибо ему предстояло свершить невозможное, разгромить лучшее воинство мира. Затаив дыхание, севастопольский генералитет с удивлением смотрел на человека, который столь необдуманно ставил на кон все свои былые победы и достижения.

- Вы, Михаил Павлович, желаете лично возглавить операцию по деблокаде Севастополя? - с нескрываемым удивлением переспросил главнокомандующий внезапно объявившегося самоубийцу.  

- Совершенно верно, ваше высокопревосходительство. Надеюсь, вы не откажете мне в этой просьбе, - сказал Ардатов и, подавшись вперед, положил рядом с собой небольшой кожаный портфель, который неизменно носил собой.

Неизвестно, что подумали в этот миг генералы, но Горчаков расценил этот жест как готовность графа к предъявлению благородному собранию очередного письма царя с неизменным вердиктом Николая Павловича "Я так желаю". Поэтому, не желая прилюдного принижения своего авторитета как главнокомандующего, Горчаков поспешил удовлетворить столь необычную просьбу Ардатова.

- У меня нет никаких причин отказывать вам в этой просьбе, Михаил Павлович, но хочу напомнить, что наступление следует произвести как можно скорее. Враг не сегодня-завтра возобновит штурм города и может так случиться, что мы будем вынуждены оставить южную часть Севастополя. Готовы ли вы уложиться в столь малый временной срок для подготовки нанесения удара?

- Да, - без колебания подтвердил Ардатов - генерал-майор Попов давно разработал план нового наступления на вражеские позиции со стороны Инкермана. Мне понадобиться несколько дней, чтобы внести окончательные коррективы и подготовить войска к сражению.

Этими словами Ардатов полностью отрезал себе все пути к отступлению, и в случае неудачи ему не на кого было бы жаловаться и обвинять в своих просчетах. Поэтому Горчаков тут же, в присутствии военного совета, объявил о назначении Ардатова командующим предстоящего наступления, и его решение было оформлено приказом по армии.

Готовясь нанести удар по вражеским позициям, в своих действиях граф Ардатов всего лишь на один день опередил своего визави генерала Пелесье. Желая реабилитироваться перед своим императором за прошлые неудачи, командующий восточной армией собирался 18 сентября предпринять новый штурм севастопольских бастионов и до наступления холодов, хотя бы захватить южную часть города и уничтожить стоявшие во внутренней бухте, корабли Черноморского флота. Это бы позволило Пелесье во всеуслышание утверждать, что основная задача этой войны выполнена, и французские войска могут возвращаться домой.