Газеты пестрели заголовками: – «Двумя старыми русскими военными врачами найдена панацея от всех болезней!», «Всему миру предъявлены реальные доказательства того, что ампутированные конечности могут вырасти снова!» и так далее. Увы, но даже Ирочке не удавалось из-за нашей занятости следить за всеми новостями. Ну, самое главное всё равно ведь заключалось в том, что все эти события состоялись и обстановка в мире значительно потеплела, но я не обольщался на этот счёт. Гея успела рассказать мне о самых главных новостях сразу после разговора с Наташей и Денисом, которых специально вызвали к ней сопровождающие нашу девочку офицеры. В результате этой политинформации я вошел в огромный, светлый ангар с прекрасным настроением и сразу же направился к нашему космическому «Метеору». Корпус космоплана был уже изготовлен полностью и даже собран, правда, он был пока что стянут золотистыми бандажными лентами ни одна из его частей не была склеена намертво. Их просто, так сказать, наживили, склеив декстрином.

Не скажу, что космоплан был красив. К тому же он сильно отличался по своей формы от той шайтан-трубы, которую изготовили в своих куда более примитивных мастерских тэурийцы. У советских ракетчиков уже имелся огромный опыт строительства сверхзвуковых самолётов, ракет и космических кораблей. Однако, на макетном участке передо мной предстал не космический корабль с каким-нибудь фантастическим дизайном, а довольно простой летательный аппарат, сильно смахивающий на истребитель-перехватчик «Миг-31», только без пилотской кабины наверху, куда более короткими турбинами и не трапециевидными, а треугольными крыльями, сдвинутыми к хвосту. Сходство с «Мигарём» усиливали два, а не один, как было у меня, высоких киля, два воздухозаборника под крыльями с двумя же турбинами и вообще космоплан «Метеор» весьма отличался от того, который я нарисовал минувшим летом. Зато в нём сохранилось главное, это был двухпалубный летательный аппарат с высотой корпуса в шесть с половиной метров, шириной в четыре с половиной и длиной в тридцать два. Нос к «Метеора» был точно так же заострён, только из него не торчал копьём какой-то штырь.

Когда ещё на той Подмосковной даче сказал ракетостроителям, что помимо поликарбона и асфальтеновой смолы, прекрасно соединяющейся с ним, выйти в космос самым основательным образом нам в первую очередь помогут генератор гравитации и антигравитации, СВЧ-реактор, гиперзвуковая турбина и непонятно как действующий гравитационно-конверторный космический маршевый двигатель, который будет разгонять космоплан до скорости в ноль целых семьдесят пять световых скорости света, то они испуганно вжали головы в плечи. Ну, а мне-то чего, раз Бойл сказал, что именно так летает тэурийская шайтан-труба, значит так оно и есть. С планёром наши ракетчики разобрались полностью. К нему нужно было только изготовить чёртову кучу датчиков и силовых приводов, склеить всё воедино, да, хорошенько, почти до черна закалить в муфельной печи при температуре тысячу шестьсот градусов, но это будет только болванка без какой-либо начинки, делающей её настоящим космопланом.