– Да-да, Жан, именно так мы и сделаем, тем более, что я уже доложил начальству, что операция «Горгона» блестяще завершена и что полиция Марселя оказала нам огромную помощь в её подготовке и проведении. – Посмотрев на меня с улыбкой, полковник насмешливо добавил – Ты ведь добиваешься большой пресс-конференции, Борис? Она у тебя будет, но сначала на ней выступим мы. Правда, я сначала должен буду поговорить со своим руководством. От этого зависит, стану я выступать перед репортёрами открыто, или они услышат мои ответы от другого человека, которому я буду передавать свои записки из-за ширмы.

Мне в общем-то было безразлично, как будет проходить пресс-конференция. По предложенному мною сценарию я ведь вообще не знал ничего о том, что происходит контролируемая поставка и что своими действиями я заставил понервничать и французскую разведку, и полицию Марселя. Главное, что полковник Паскаль понял, что меня бессмысленно склонять к предательству по той причине, что я не знал ничего такого, что интересовало французов. Ну, а то, о чём я хотел рассказать, совершенно не интересовало французские спецслужбы. Поэтому я поклонился и с улыбкой ответил:

– Господа, я хороший командный игрок. Как вы пожелаете, так и будет. Я смогу рассказать репортёрам свою историю, на которой хочу раскрутить себя, как мотогонщика и гениального конструктора мотоциклов и автомобилей, чтобы найти спонсоров и создать свою собственную гоночную команду, а заодно расскажу им страшную сказку о том, как восемнадцатилетний юноша по воле судьбы оказался на грузовом судне, битком набитом гангстерами и опиумом, но всех перехитрил. Ни одного лишнего слова я им не скажу, как бы они не пытали меня. Вас это устроит?

Обоих Жанов, которые уже успели осознать, какой подарок им подогнал юный перебежчик Боря Картузов, это устроило. Мы поднялись из трюма на палубу и отправились в радиорубку. Там имелся второй радиотелефон, по которому полковник Паскаль позвонил даже не своему шефу, а премьер-министру и коротко переговорил с ним, доложив, что весь груз на борту и его объёмы настолько впечатляющие, что ворчливый сосед теперь надолго умолкнет потому, что он поймал его сынка, разбившего как-то раз, весной, все окна в их доме. После этого полковник напряженно слушал, что ему говорят и у него на лбу даже выступила испарина. Коротко поблагодарив патрона, он повесил трубку и взволнованным голосом воскликнул:

– Господа, мне присвоили генеральское звание и назначили шефом Сюрте Женераль! – Схватив мою руку, Жан-Жак крепко стиснул её и сказал – Борис, твой вчерашний звонок оказался для меня самым счастливым известием – Повернувшись к комиссару Лагранжу, он с улыбкой спросил его – Жан, старина, ты не хочешь отправиться вместе со мной в Париж? Патрон приказал мне заняться реорганизацией Сюрте Женераль, а в тебе я вижу просто бульдожью хватку. Зато ты сможешь поставить в Марселе своего человека и он продолжит твоё дело.