Наш небольшой самолёт приземлился в аэропорту «Орли», мы спустились на бетонные плиты и пошли к зданию аэропорта, одетые хотя и не крикливо, но дорого. Через несколько минут мы уже шагали к автостоянке. К этому времени стемнело и когда мы оказались между двух фонарей в тени большого, раскидистого дерева, дорогу нам преградили четверо молодых людей, у троих из которых в руках были самодельные ножи, а у одного дешевый револьвер далеко не самого грозного вида и калибра. Им было не больше двадцати и в них было очень легко узнать либо татар, либо башкир. Один из них, повыше ростом, с пистолетом в руках, негромко, но злым, угрожающим тоном сказал на ломанном французском сакраментальную фразу:

– Давай деньги и часы, быстро. Ты, большой, не шевелись, в тебя первый выстрелю.

Мы от этого оторопели и встали, как вкопанные. Несколько секунд мы молчали, а потом разразились диким хохотом, отчего юные бандиты даже смутились и попятились назад. Первым пришел в себя Володя. Он ускорился, в доли секунды обезоружил всех четверых, после чего демонстративно спрятал ножи во внутренний карман, встал перед ними и, внезапно, выстрелил себе из револьвера в бедро. Револьвер оказался самой настоящей пукалкой и звук выстрела был каким-то несерьёзным, словно хлопок, когда разбиваешь ладонь надутый бумажный пакет. На Володиной ноге-колонне, обтянутой тонкой, серой, шерстяной тканью, тотчас появилась небольшая дырочка и пятно крови вокруг неё. Заглянув в дуло револьвера, он хмыкнул, небрежно бросил его через плечо Игорю и спросил по-русски:

– Ребята, вы что, сдурели? В честь какого это рожна вы решили стать грабителями? Больше заняться нечем? Отвечайте!

Незадачливые грабители, видя, что я и Игорь мгновенно оказались справа и слева от них, немедленно заныли:

– Нас на работу не берут. Мы французского не знаем, а на пособие жить трудно, вот мы и подумал…

– Херню вы надумали, идиоты! – Строго рявкнул Володя и сердитым голосом добавил – А ну пошли с нами. Не бойтесь, в полицию мы вас сдавать не станем, отвезём туда, где вы начнёте с завтрашнего дня работать. Быстро шевелите ногами.

Мы с Игорем приехали в аэропорт на «Гаммах», а Володя на седане «Метеор», изготовленном по индивидуальному заказу. Он взял с собой двух грабителей, а мы с Игорем по одному и не смотря на позднее время сначала привезли их на наш спортивный автозавод, а потом развезли по домам и даже дали каждому по сто франков, чтобы они могли добраться. По дороге старший из них Рифат, который был вооружен пистолетом, узнал наконец меня и от этого очень смутился. Он был татарином из Москвы и перебрался во Францию вместе с родителями, решившими, что здесь им будет жить лучше. Его родители были самыми обычными инженерами, а Рифат проучился два года в МГУ историко-философском факультете. Кажется, знакомству со мной он обрадовался даже больше, чем тому, что их всех четверых взяли на работу. Поездка из Орли сначала в Медон-Шавиль, а затем в Кретей, где жили четверо молодых парней, изрядно встряхнула нас и оживила. Напоследок я даже вручил каждому по несколько билетов на воскресную гонку. Все втроём мы подъехали к моей новой квартире на авеню президента Кеннеди, окна которой выходили не только на Эйфелеву башню, но ещё и на Сену. Мы подошли к парапету набережной, сели на него и я с задумчивым видом поинтересовался у своих друзей: