Если выпадала такая возможность, то есть на линии стартовой прямой передо мной не было толпы гонщиков, то я проносился по ней, поставив супербайк на козла. Скорость при этом, конечно же, снижалась, но зато публика ревела от восторга. Парижанам очень нравились такие проезды, ну, не я один умел так делать. И без меня мастеров хватало. Зато никто не ехал в этот день так быстро, как я и мне удалось почти на круг обогнать своих главных преследователей. Сто двадцать километров, ровно двадцать четыре круга, я преодолел всего за сорок восемь минут. В этом чемпионате так быстро ещё никто не ездил, но уже в чемпионате будущего года такая скорость точно станет нормой, ведь он пройдёт на новых супербайках. Перед финишем была почти двухсотметровая прямая, на которой я снова поставил супербайк на козла и из поликарбоновой спинки сиденья выстрелил два флагштока, один с красным флагом Советского Союза, а второй с французским триколором. Так я и доехал почти до самого финиша, а метров за семьдесят до него опустил мотоцикл на оба колеса, спинка отщелкнулась и я, поставив супербайк на переднее колесо, финишировал в своём фирменном стиле. Публика вопила от восторга. Ей очень нравились мои трюки.

После этого я съехал с трассы и мои механики тотчас стали снимать с меня аэродинамические обтекатели, а с мотоцикла спинку. Когда через четыре круга гонка завершилась, взяв в руки советский и французский флаги, я поехал совершать круг почёта, одетый во вполне обычный гоночный комбинезон и, промчавшись по автодрому, по стартовой прямой проехал, как наездник в цирке, стоя на седле мотоцикла и вскинув вверх руки с флагами. Въехав в паддок к своему стойлу, я первым делом обнял и поцеловал свою королеву, а уже потом стал принимать поздравления от друзей и остальных гонщиков. Фил, хлопая меня по плечам, он пришел третьим, обойдя на этот раз Батрака, воскликнул:

– Боб, сегодня тебя было не догнать.

– А мы его никогда в жизни не догоним, Фил. – С некоторой обидой в голосе сказал Батрак, легонько стукая меня кулаком в челюсть – Этот гад скоро ведь перестанет гонять. Он же решил стать капиталистом и дико разбогатеть.

Витька за последний год ещё больше окреп и возмужал. Он был теперь одного роста со мной и здорово преуспел в куэрнинге, но даже не это главное. Мой школьный друг хотя и принимал участие во всех гонках чемпионата мира «Мото Гран-При», учился в институте на отлично. Жорка говорил, что из него выйдет толковый инженер-конструктор. Это меня радовало больше всего. Потом было награждение и мэр Парижа вручал нам хрустальные кубки, после чего мы давали интервью прессе и моего отца, занявшего в гонке второе место, засыпали вопросами. Всем очень хотелось знать, не завидует ли он мне. Ну, а после банкета в роскошном ресторане автодрома, мы отправились в нашу квартиру, догуливать. Мне не так уж и часто выпадало счастье общаться с родителями и старыми друзьями, а на эту гонку прилетели очень многие, даже генерал Булганин. В общем было очень весело и мы до трёх ночи вспоминали, как всё когда-то начиналось. Да, прошло всего чуть больше трёх лет, а в моей стране произошли весьма заметные перемены. Теперь уже весь Советский Союз перешел на новые принципы экономики и, как говорил первый секретарь крайкома, это пошло на пользу всем людям. Во всяком случае в нашем крае, с которого всё началось, перемены к лучшему были заметны особенно отчётливо.