Да и знака еще нет. Пару раз про него заходил разговор, но дело увязло в спорах. Зато некоторые рисунки, помню, тогда искренне порадовали — особенно три цветных пера в круге вызвали у меня забытые воспоминания. Пришлось выкручиваться, объясняя свое неуместное хихиканье над солидным знаком качества, отражающим колорит вице-империи. Лично мне понравился вариант двуглавого орла в индейском исполнении, чем-то похожий по виду на одноголового орла, много позже появившегося в петлицах вермахта. Но Алексей пока не высказал свое мнение, знак не утвердили, и вице империя могла гнать брак.

Возвращаясь к сельскому хозяйству островов, с которым ознакомился весьма подробно, растили тут и много экзотики для внутренних нужд. Но довезти фрукты до внешнего потребителя возможности не имелось — корабли рефрижераторы в планах постройки даже не стояли.

Зато рядом с фортом заложили помещения адмиралтейства. Мероприятие не столько нужное, сколько знаковое. Работать на вервях все равно пока некому, и оборудования нет — но свободные аборигены простаивать не должны, вот мы и размахнулись, согласно армейским традициям «от забора и до обеда».

Кроме работы насмотрелся на развлечения гавайцев — тут тебе и ритуальный мордобой, с натурально выбитыми зубами, и катание на долбленых досках как по волнам, так и по траве с горок. Хорошо, что самые уважаемые жрецы отдали идолам душу, передав эстафетную палочку нашему батюшке — иначе пришлось бы и в жертвоприношениях поучаствовать. И еще неизвестно, в качестве кого.

Первая половина июня прошла незаметно. Канонерка так и не вернулась, а инспектировать больше было нечего. Пришлось изъять из запасников форта рулон парусины и пошить два небольших, бермудских, паруса, под размеры которых потом подбирали рангоут и размеры каноэ, ставших гондолами парусных катамаранов. Парус пошил на скорую руку, собирая «пузо» по месту выточками, и пришивая к передней шкаторине карман под мачту. В мозгу слышалось возмущенное ворчание моих наставников. Согласен, не парус, а простыня — зато пошили всего за трое суток.

Не скажу, что два гоночных парусника вызвали бурю ажиотажа — но покататься захотели многие, и достаточно быстро развлечение стало популярным. Пришлось учить.

За седмицу «вспомнил молодость», пропитался водой и положительными эмоциями, набросал схему впадающих в бухту ручьев, и, соответственно, земель пригодных для плантаций. Даже с аборигенами погонялся — но пока они мне не соперники, на оверштагах зависают, шкоты перетягивают, на один поплавок вставать боятся после нескольких оверкилей. Скукота.