По логике, если обычную воду в бутылке потрясти, насыщая ее кислородом — в воде образуется капелька перекиси. От этого все эти «воздушные коктейли» и считают лечебными. Вот только для промышленного производства такие методы — капля в море.

Вышел на крыльцо, выбил трубку. Мастер рядом бубнил про успехи на почве производства бумаги. Обещал скоро выполнить мой заказ и выпустить мягкую туалетную бумагу в рулонах. Жаловался на отсутствие реагентов, на губернатора, на металлургов, словом, на всех. Кивал ему с задумчивым видом. Все же, как делают перекись?

Если просто соединять водород и кислород — выйдет вода. Хотя, Менделеев предполагал, что в пламени возникает сначала перекись из молекулы кислорода и молекулы водорода, и только затем перекись разлагается на воду и кислород. Так что, не все так однозначно с водой. Перекись есть везде, в воздухе, в растениях. Наши организмы вырабатывают до тридцати грамм перекиси в день. Если память не изменяет, есть где-то на юге жук-бомбардир, который накапливает вырабатываемую перекись в специальных «соплах», и когда пугается, стреляет из них «отходами» в противника. Грибы, паразитирующие на деревьях, вырабатывают перекись и растворяют древесину, делая ее съедобной. Кстати, если обычные опилки вымочить в растворе перекиси, то они станут плохеньким, но съедобным кормом для животных. Однако, второе имя перекиси — «Неуловимый Джо». Везде есть, но не поймать. Как поймаешь, так она быстро разложиться, и прикинется водой.

А если водорода в пламени будет меньше чем надо для воды? Выпускать при электролизе водород и сжигать остаток в избытке кислорода? Ключевое слово — сжигать. От высокой температуры перекись разрушится. Надо обойтись без огня. Охлаждаемый катализатор? Какой? Как мне недостает грамотных химиков!

Рядом бубнил мастер, рассказывал, что белой бумаги много делать не смогут. Лекари «странной воды» не дают, говорят, им самим мало… Чего?!

— Палыч, лекари то тут причем? Они у тебя поставки из Аляски перехватывают?

— Да нее, они сами там, случайно что-то удумали. А теперь говорят, что это лекарство, и нам не дают. На тебя ссылаются! Мол, ты лекарства беречь велел. Уж и в терем жаловался, все одно ни в какую. Христом Богом прошу, вели ты этим коновалам поделиться. С меня теперь губернатор не слезет, пока ему беленых листов не выделаю…

Мастер бубнил дальше, сетуя на трудности, а у меня постепенно округлялись глаза. Это что выходит? Тут мучаюсь, память насилую, а эти экспериментаторы тяп-ляп и готово?

— Постой мастер. Пойдем вместе к лекарям, там и поговорим.