С Ще были в Доме архитектора на открытии выставки Нодара Мануйлова. Было много знакомых. Дал какому-то каналу интервью по поводу выставленных картин. Когда шли на выставку, какая-то всполошенная женщина остановила меня: «Это Гранатный переулок, а куда он идет дальше?». Я ответил в своей манере: «А дальше Пулеметная улица». Женщина оценила шутку и рассмеялась.

А на следующий день — Дом ученых (разразилась светская жизнь). Сбор газеты «Москвичка». Познакомился там с артисткой Натальей Аринбасаровой.

Перед окончанием года — закрытие долгов. На р/с «Надежда» откинули около двух миллионов деревянных (по курсу долларов 300). Купили пылесос «Паносоник», сковородку «Тифаль», чайник со свистком, коврик, — где-то миллион с хвостиком.

31 декабря

В понедельник 29-го записывался на радио. Оператор Неля: «До чего аппетитно вы сегодня читаете!..». Адо меня записывался Потапов, политический обозреватель, долго сидевший корром в Париже, — ну, до чего неаппетитно: жалкие, истрепанные слова-стереотипы. Реликт социалистического пропагандизма, рупор партии. Так и остались все эти потаповы в своем славном прошлом, а мы с Горкиным — соловьи нынешней свободы и раскованности, руладим вовсю!..

За один вечер проглотил книгу Владимира Книппера «Пора галлюцинаций» — меня интересует его сестра, Ольга Книппер. Любимица Гитлера и Сталина. Она же, Ольга Чехова.

Год финиширует. «Независимая газета»: «1997-й настолько плох, что этим и хорош». Валерия Новодворская: «Для России год прошел абсолютно бесполезно и недостойно…». Эдуард Лимонов: «Россия прожила год фигово! Хотя власть старается делать вид, что все отлично…». (ВМ). Что ж, у каждого свое восприятие и своя оценка. Если не говорить о России, а только о себе, то год был достаточно продуктивным, хотя и не вышло ни одной книги, но была куча контактов. Шли газетные рубрики, публикации в журналах, записи на радио, выступления по ТВ. Если цифры, то публикации в 95 номерах газет, в 11 журналах, около 60 выступлений по радио. Сделан задел на 1998 год. Ну, и заключу шокирующей строчкой Вознесенского из книги «Казино «Россия»:

Небольшое раздумье, спустя годы:

Делая эту дневниковую книгу, хронику прожитых лет, я все время испытываю сомнение; правильно ли я поступаю, выбрасывая в свет некий компромат на самого себя и совершая некий душевный стриптиз… Но тут же утешаю себя: может быть, кому-то это будет интересно и поучительно, кто-то намотает себе на ус: вот это хорошо, а это откровенно плохо. Но — нам не дано предугадать, как наше слово отзовется. Тем более, слово мемуарное, воспоминательное… (19 июня 2011)