И. С.: А для меня важно, что вы это сделали не через пять лет, когда все об этом вдруг записали, а тогда, когда об этом нельзя было писать.
А для меня важно, что вы это сделали не через пять лет, когда все об этом вдруг записали, а тогда, когда об этом нельзя было писать.
Ю. К.: Да, но я даже обошел цензуру. Я и цензуру-то обошел!
И. С.: Но там же не только эту сказку вырезали, еще и по мелочам много попереправили. Рукопись была пропитана российской народной религиозностью.
Но там же не только эту сказку вырезали, еще и по мелочам много попереправили. Рукопись была пропитана российской народной религиозностью.
Ю. К.: Ну какой-то, да. Школа-то церковноприходская описана там, а церковно-приходская школа, как ты ни крути, она церковно(!) — приходская, понимаешь. Правда, поп, которого мне мама навязала, он там получился такой неприятный, и татары ему подкинули свинячью башку, этому попу. Я не стал с этим спорить, тем более что я вступил бы в конфликт с матерью.
И. С.: С другой стороны, я до сих пор разделяю служителей церкви и веру как таковую.
С другой стороны, я до сих пор разделяю служителей церкви и веру как таковую.
Ю. К.: Это твое дело, Конечно. Церковь есть церковь, а вера есть вера. Это разные вещи, совершенно очевидно. Церковь — это тот храм, куда ты приходишь… помолиться, в сущности. А хочешь — дома молись. Кто тебе мешает? С этой точки зрения вещь была пропитана, как бы сказать тебе, глубинной верой, которая мне свойственна вообще. Ирка, мне она вообще свойственна. В любом виде… Сейчас мне надо переиздавать «Полынные сказки», и я не знаю, где найти старый экземпляр. У тебя не осталось, посмотри.
И. С.: Я помню, что у меня была машинопись «Недопёска», где было много мелкой правки, но из «Полынных сказок» я помню только выброшенную главу о колокольных братьях… Это было до меня, и у меня нет экземпляра машинописного, в котором делались исправления. Он, видимо, погиб в издательстве.
Я помню, что у меня была машинопись «Недопёска», где было много мелкой правки, но из «Полынных сказок» я помню только выброшенную главу о колокольных братьях… Это было до меня, и у меня нет экземпляра машинописного, в котором делались исправления. Он, видимо, погиб в издательстве.
Ю. К.: У меня даже «Колокольные братья» где-то валяются, не пойму где. Я тоже буду смотреть. Сегодня я занимался знаешь чем? Я редактировал «Шамайку». Слава богу, ты мне дала экземпляр «Шамайки» еще до сокращения, и я там кое-что вставил. Она в «Малыше» выходит, и я решил восстановить то, что могу. Хотя это уже сейчас непросто. И. С.: Жаль, я в свое время не смогла сделать копий листов с восстановленной правкой, которые мы отдавали в издательство. Но тут уж ничего не поделаешь… Давайте вернемся к нашим баранам.