Прозу Юрия Коваля очень трудно переводить на экран, но тем не менее один фильм мы поставили и по его произведению. Мне в руки попалась его книжечка для самых маленьких «Тигрёнок на подсолнухе», и я предложил Юре сделать по ней фильм. Со сценарием там все было непросто, потому что надо было не только придумать ход, но практически сочинить заново всю историю.

Там очень важно было вступление от автора. И Юра придумал: «На далекой на реке на Уссури, там в зеленой высокой тайге, где медведи живут белогрудые, где олени ревут благородные, Амба бродит там, Амба — тигр уссурийский». И очень хорошая находка была дальше. «Да. Он был уссурийский от носа до хвоста. И даже полоски у него были уссурийские». Это придумка очень в духе Коваля.

Потом, когда в фильме от дыхания тигренка прорастает семечка и вырастает подсолнух, закадровый голос Леонова говорит: «Да что же это такое? Подсолнух посреди зимы! Уж не женьшень ли озимый». Такие парадоксальные Юрины вставочки очень хорошо ложились в тему. Замечательная сказка и очень хорошее кино получилось у нас. На фестивале в Таллине в 1982 году «Тигрёнок» получил приз детского жюри.

После «Тигрёнка на подсолнухе» был некоторый перерыв у нас с Юрой, а потом возникла идея сделать полнометражное кино под общим названием «Архангельские новеллы», состоящее из нескольких фильмов. Этот наш сценарий тоже нелегко проходил в Госкино. Мы с Юрой довольно долго думали, очень интересная была работа, много разных черновиков. И в 1986–87 году выпустили два фильма по сказкам Писахова «Апельсин» и «Перепилиха», и по замечательному трагическому рассказу Шергина «Для увеселения». После этого удалось уже сценарий пробить, и надо было написать связки между фильмами «Не любо не слушай», «Волшебное кольцо», «Апельсин», «Перепилиха» и «Поморская быль». Связки о том, как старый помор рассказывает рыбакам свои были и небылицы. В этих связках были очень интересные Юрины находки, например, скомороший зачин «Волшебного кольца»:

Этот фильм вобрал в себя двенадцать лет работы. Получилось большое полотно, в нем начало и финал были эпически былинными, а внутри были много смешного. И в 1989 году была очень хорошая значительная премьера нашего фильма «Смех и горе у Бела моря». На сцене были и портрет Шергина, и корабль из его комнаты, на вечере были его наследники, священник, который соборовал Шергина, и звучал голос самого Бориса Викторовича. Юра как соавтор сценария был горд, ведь работа в кинематографе — это отдельный, очень значимый для него этап жизни.

Последний фильм, который мы сделали вместе, был «М15(;ег Пронька». Здесь очень много было придумано вместе с Юрой в сценарии, хотя и в самом «Проньке Грезном» у Шергина много было озорного, смешного и хорошего. Самое начало 90-х было временем создания кооперативов, развития частной торговли. И в «Мистере Проньке» зазвучало слово «кооператив». Вещь, написанная в тридцатые годы, оказалась настолько злободневной, что даже сейчас посмотреть — ни прибавить, ни убавить.