…Здесь уместно привести документ, недавно извлеченный из архива. Осенью 1941 года Жуков и Жданов доложили Сталину из Ленинграда, что немецкие войска, атакуя паши позиции, гнали перед собой гражданское население (донесение, скорее всего, основано на слухах, так как документальные источники таких данных не содержат). Тем не менее Сталин ознакомился с сообщением, и не верить ему он не мог.

Ответ его был быстрым и жестким: «Мой совет: не сентиментальничать, а бить врага и его пособников, вольных или невольных, по зубам… Бейте вовсю по немцам и их делегатам, кто бы они ни были, косите врагов, все равно, являются ли они вольными или невольными врагами…»

Да, тяжело читать такие строки. Но таковы были условия войны, развязанной свирепыми нацистами. Ну, с нацистов спрос понятен, но вспомним все же, что не Сталин подписывал директивы о «ковровых бомбежках» Северной Франции в июне 1944 года при высадке там союзников. Так что Сталин в ряду своих современников никак не был исключением…

30 сентября силы вермахта нанесли удар по войскам Брянского фронта, 2 октября – по войскам Западного и Резервного. Немецко-фашистскому командованию удаюсь осуществить первую часть «Тайфуна»: в лесах западнее и юго-западнее Вязьмы были окружены войска 19, 20, 24-й и 32-й армий и армейской группы генерала Болдина, к западу от Брянска – 3-й и 13-й армий.

Успех казался фашистам решающим. Гитлер, с 22 июня ни разу не выступавший публично, счел момент подходящим и уже 3 октября поднялся на трибуну берлинского Спортпаласа, чтобы оповестить мир о своем триумфе:

– В эти часы на Восточном фронте вновь происходят громадные события. Уже сорок восемь часов ведется новая операция гигантских масштабов. Она поможет уничтожить врага на Востоке!

Рев фанатиков был ответом фюреру, и он завопил в еще большем ажиотаже:

– Я говорю об этом только сегодня потому, что сегодня я могу совершенно определенно сказать: этот противник разгромлен и больше никогда не поднимется…

Но и тут Гитлер принимал желаемое за действительное. Окруженные советские армии упорно сопротивлялись, сковывая пехотные дивизии фашистов, а тем временем советское командование организует противодействие танковым дивизиям Гота и Гудериана, рвущимся к Москве. Битва за нее только еще начиналась.

Генерал армии Жуков прилетел в Москву из Ленинграда вечером 7 октября. На аэродроме его встретил генерал Власик:

– Товарищ Сталин велел передать, чтобы вы немедленно ехали к нему.

У Сталина был грипп, он работал на квартире. Кивнув генералу, он сразу же перешел к делу: