* Этот термин предпочтительнее кантовского «все-общность», ибо дело идет не о простом расширении множества, но также о возвращении положительного элемента первой категории.

Для формы: 1) цельность; 2) дробность; 3) сочетание**.

** Ср. у Спенсера, а также у Конст. Леонтьева: 1) «первоначальное единство»; 2) «дифференциация»; 3) «интеграция».

Нетрудно видеть, что во всех этих рядах первые две формы связаны взаимной противоположностью и подразумевают друг друга, представляя таким образом как бы одно двустороннее понятие — в противоположность другому, обособленному от них и выраженному третьей формой:

Нетрудно видеть, что во всех этих рядах первые две формы связаны взаимной противоположностью и подразумевают друг друга, представляя таким образом как бы одно двустороннее понятие — в противоположность другому, обособленному от них и выраженному третьей формой:

То же соотношение находим в коррелятивных понятиях «мужского» (♂) и «женского» (♀), — и отдельном от этой коррелятивности понятии «среднего» (= «двуполого»: ⚥).

То же соотношение находим в коррелятивных понятиях «мужского» (♂) и «женского» (♀), — и отдельном от этой коррелятивности понятии «среднего» (= «двуполого»: ⚥).

5 1) Применительно к вопросу о пневматическом понимании человека («imago hominis»[1256]) имеем такую версию основной формулы[1257]:

5

1) Применительно к вопросу о пневматическом понимании человека («imago hominis»[1256]) имеем такую версию основной формулы[1257]:

1927; IX. П. Перцов

* * *

Ответ Белого на «записки» Перцова также двучастен: начинается с гносеологии И. Канта (параграфы 1–15 и суммирующий 16‐й), которой посвящен первый тезис первой записки Перцова, а завершается, можно сказать, «основными понятиями», но не столько «Диадологии», сколько «Истории становления самосознающей души» (параграф 17)[1258].

Обращение Белого к Канту, впрочем, обусловлено не только сюжетом диалога: философия немецкого мыслителя занимает в «Истории становления самосознающей души» принципиальное место[1259] — Кант был постоянным спутником Белого, и, как утверждается в ответе Белого, на Канте «базируется теория знания XIX века»[1260].

Перцов характеризует философию Канта негативно, подразумевая, что она будет преодолена в рамках «возникающей русской философии»:

Гносеология Канта — это картина нашего познания, каким оно было бы, если бы имело только два источника — ощущения и разум. Но о третьем и основном — цельном восприятии мира (интуиция), раньше всяких «синтетических суждений а priori» Кант, как истый европеец, даже не подозревает. Его мир — о двух измерениях.